Читаем Категориальные семантические черты образа homo sapiens в русской языковой картине мира полностью

Если вопрос о происхождении человека как разумного существа связан с изучением такой формы бытия, как природа (в материалистических концепциях) или с признанием сверхприродного существа – Бога (в идеалистических концепциях), то вопрос о происхождении, становлении языка и культуры обязан своей постановкой исключительно человеку – существу реальному, земному, отнюдь не аморфному или трудно определяемому, не сверх– и не надприродному субъекту. Все существующие определения языка и культуры, исследования этих феноменов естественным образом тяготеют к человеческому началу.

Под культурой изначально понималось целенаправленное воздействие человека на природу, ее изменение, «возделывание» человеком в собственных интересах и сообразно собственным целям. Позднее, с 18 века, стали говорить о культуре как обо всем, что появилось в результате этого «возделывания» – деятельности человека, его интеллектуальных и физических усилий.

В настоящее время существует множество определений культуры. Согласно марксистской концепции, культура является «специфической характеристикой общества и выражает достигнутый человечеством уровень исторического развития, включающий в себя определенное отношение человека к природе и к обществу, а также развитие творческих сил и способностей личности» (Философский энциклопедический словарь, 1989, с. 294).

З.Фрейдом культура определяется как совокупность всех тех достижений, что позволяют человеку почувствовать себя человеком, способным защитить себя от воздействий природы и упорядочить отношение с себе подобными.

М.Хайдеггер видит главное предназначение культуры в «пропаганде» высших человеческих достоинств. В основе ценностного подхода к пониманию и определению культуры лежит признание того, что человек как разумное существо способен сформировать в своем сознании представления о духовных и материальных ценностях, об идеалах и отступлениях от них. Эти-то идеалы и «пропагандирует» человек в процессе своей жизни, ими он и соизмеряет свои действия и поступки. То, что находится на вершине ценностной шкалы, и называется культурой, а минусы и негативы, будучи «неценными», не включаются в число ценностей и, следовательно, исключаются из понятия «культура» (М.Хайдеггер, М.Вебер, Г.Францев, Н.Чавчавадзе и др.).

Известны попытки определить культуру через функции, выполняемые ею в обществе; стремление видеть в культуре исключительно духовное начало; попытки представить культуру как сложный механизм, в котором задействованы более мелкие механизмы: этнические и национальные культуры, субкультуры, вступающие друг с другом в диалог и обретающие в результате его новые оттенки.

Ю.С.Степанов выделяет два тесно связанных значения слова культура, отмечая, что эта связь является характерной чертой русской жизни: 1) совокупность достижений людей во всех сферах жизни, рассматриваемых не порознь, а совместно, – в производственной, социальной и духовной; 2) высокий, соответствующий современным требованиям уровень этих достижений, то же, что культурность (Степанов, 2001, с. 12).

Разные исследователи не только по-разному трактуют культуру, но и зачастую совмещают в своем понимании культуры разные подходы.

Так, Б.А.Успенский в своих трудах рассматривает культуру как форму общения ее субъектов (культура понимается как «диалог культур») и в то же время акцентирует внимание на том, что культура – это совокупность норм и правил, регламентирующих жизнь человека.

С.С.Аверинцев выделяет в национальной культуре как ее диалогическую сущность – стремление идти на контакты с другими культурами, так и некоторую консервативность, проявляющуюся в привычке мерить чужую культуру на свой аршин.

Зачастую исследователи в процессе своих изысканий неоднократно переосмысляют понятие «культура», дополняют и даже изменяют собственную точку зрения на это сложное явление. Приведем определения культуры, предложенные в разное время Ю.М.Лотманом: культура – это «символическая вселенная»; культура – это «…сложная семиотическая система, ее функция – память, ее основная черта – накопление» (см.: Лотман, 1971); «культура есть нечто общее для какого-либо коллектива – группы людей, живущих одновременно и связанных определенной социальной организацией… Культура есть форма общения между людьми» (см.: Лотман, 2001).

Во всех подходах к пониманию культуры и во всех ее определениях, несмотря на всю их разноликость, есть одно общее: культура всегда рассматривается через призму человека; в ней всегда отмечается стержень, без которого ее существование немыслимо, – это человеческое начало.

Перейти на страницу:

Похожие книги

История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя
История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя

Многие исторические построения о матриархате и патриархате, о семейном обустройстве родоплеменного периода в Европе нуждались в филологической (этимологической) проработке на достоверность. Это практически впервые делает О. Н. Трубачев в предлагаемой книге. Группа славянских терминов кровного и свойственного (по браку) родства помогает раскрыть социальные тайны того далекого времени. Их сравнительно-историческое исследование ведется на базе других языков индоевропейской семьи.Книга предназначена для историков, филологов, исследующих славянские древности, а также для аспирантов и студентов, изучающих тематические группы слов в курсе исторической лексикологии и истории литературных языков.~ ~ ~ ~ ~Для отображения некоторых символов данного текста (типа ятей и юсов, а также букв славянских и балтийских алфавитов) рекомендуется использовать unicode-шрифты: Arial, Times New Roman, Tahoma (но не Verdana), Consolas.

Олег Николаевич Трубачев

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Собрание сочинений в пяти томах (шести книгах) Т. 5. (кн. 1) Переводы зарубежной прозы
Собрание сочинений в пяти томах (шести книгах) Т. 5. (кн. 1) Переводы зарубежной прозы

Том 5 (кн. 1) продолжает знакомить читателя с прозаическими переводами Сергея Николаевича Толстого (1908–1977), прозаика, поэта, драматурга, литературоведа, философа, из которых самым объемным и с художественной точки зрения самым значительным является «Капут» Курцио Малапарте о Второй Мировой войне (целиком публикуется впервые), произведение единственное в своем роде, осмысленное автором в ключе общехристианских ценностей. Это воспоминания писателя, который в качестве итальянского военного корреспондента объехал всю Европу: он оказывался и на Восточном, и на Финском фронтах, его принимали в королевских домах Швеции и Италии, он беседовал с генералитетом рейха в оккупированной Польше, видел еврейские гетто, погромы в Молдавии; он рассказывает о чудотворной иконе Черной Девы в Ченстохове, о доме с привидением в Финляндии и о многих неизвестных читателю исторических фактах. Автор вскрывает сущность фашизма. Несмотря на трагическую, жестокую реальность описываемых событий, перевод нередко воспринимается как стихи в прозе — настолько он изыскан и эстетичен.Эту эстетику дополняют два фрагментарных перевода: из Марселя Пруста «Пленница» и Эдмона де Гонкура «Хокусай» (о выдающемся японском художнике), а третий — первые главы «Цитадели» Антуана де Сент-Экзюпери — идеологически завершает весь связанный цикл переводов зарубежной прозы большого писателя XX века.Том заканчивается составленным С. Н. Толстым уникальным «Словарем неологизмов» — от Тредиаковского до современных ему поэтов, работа над которым велась на протяжении последних лет его жизни, до середины 70-х гг.

Антуан де Сент-Экзюпери , Курцио Малапарте , Марсель Пруст , Сергей Николаевич Толстой , Эдмон Гонкур

Языкознание, иностранные языки / Проза / Классическая проза / Военная документалистика / Словари и Энциклопедии