Несмотря на то что в результате она была уверена еще со вчерашнего дня, Настя решила сделать все по правилам. У нее должны быть аргументы, чтобы убедить других. Того же Лаевича. А если придется – то и самого мэра, и начальника УВД. Ночная вахта, которую она выстояла вместе с Коротковым, Егоровым, должником Егорова и теми, кому Юрка звонил в Москву, принесла свои плоды. Теперь можно было не сомневаться в том, что блогеры-активисты (впрочем, вполне возможно, это был всего один человек, но весьма знающий и одаренный) пользовались чужими ай-пи адресами, с которых заводили свои странички и вели бурную переписку, при этом настоящие хозяева адресов ни сном ни духом об этом не ведали. У Насти под утро еще хватило сил вдумчиво и серьезно проанализировать тексты, вброшенные в интернет, и она не могла не признать, что составлены они были строго на научной основе. Теория гласит: слух распространяется тем быстрее, чем выше его значимость для человека и чем больше неопределенность. При этом на скорость распространения слуха влияют еще два фактора: степень доверия людей официальным новостям и наличие или отсутствие доказательств достоверности. Тут самое главное – соблюсти правильную пропорцию, слух широко распространяется, если отсутствуют доказательства его достоверности, но при этом слушатель воспринимает его как правдивую информацию и в то же время не верит официальным новостям.
Настя нашла в интернете формулу Олпорта – Постмана «интенсивность есть функция от значимости и неопределенности», которую изучала еще в 1998 году, во время финансового кризиса и нарастающих панических настроений, пробежалась по ссылкам, прочла нужные куски из исследования российских ученых 2009 года, где к уже известной формуле добавлялись несколько новых факторов, и пришла к заключению, что неуловимый блогер подготовился очень хорошо и задачу свою выполнил на сто процентов. Каждый абзац, каждый пассаж в его сообщениях строго соответствовал результатам научных изысканий, а подрыв доверия к официальной информации осуществлялся изящно и убедительно. Ошибаются все, журналисты и репортеры – не исключение, и ни малейшего труда не составляет каждый день находить в газетах, интернет-СМИ или публичных выступлениях должностных лиц какую-нибудь неточность. Достаточно лишь опровергнуть ее с доказательствами в руках, чтобы из ошибки или оплошности вырастить попытку намеренного обмана населения. Даже к выбору сайтов, на которых велась наиболее активная работа, этот человек подходил с научной точки зрения, насаждая слухи в первую очередь среди людей наиболее тревожных. Уровень тревожности участников дискуссий и просто посетителей он определял по тематике сайтов и групп в социальных сетях и по содержанию оставленных комментариев. Тревожный человек, как гласит все та же теория слухов, более склонен к их распространению.
Вторым существенным результатом ночного бдения было выявление давней и прочной связи Петра Сергеевича Ворожца с Акционерным обществом «Прометей НЕО груп» – крупным холдингом, в состав которого входили производственная компания «Прометей НЕО Лакокрасочный завод» с тремя предприятиями в Новосибирске, Ельце и Самаре, торговая компания «Прометей НЕО Сэйлз Хаус», маркетинговая компания «Прометей НЕО Маркетинг», а также управляющая сетью магазинов компания «Прометей НЕО Менеджмент». Причем связь эта была отнюдь не деловой. Ворожец производил удобрения для сельского хозяйства и к лакокрасочной промышленности никакого отношения не имел, ничего у «Прометея» не покупал и ничего им не продавал. Зато имел самое непосредственное отношение к некоторым директорам холдинга, еще в недавнем прошлом хорошо известным тем сотрудникам правоохранительных органов, которые занимались вопросами борьбы с организованной преступностью. Видимо, Петр Сергеевич любил свое криминальное прошлое нежно и трепетно, потому что не только поддерживал постоянный контакт с некоторыми давно знакомыми директорами «Прометея», вместе с которыми принадлежал когда-то к одной преступной группировке, но и взял на работу на свой химкомбинат несколько человек из «старых связей». Ну что ж, похвально. Своих не бросают. Если человек хочет завязать с криминалом и честно работать, почему не предоставить ему такую возможность?