Очередная идея, пришедшая в голову ма, заключалась в продаже бафа 'надгробие'. Планов его применения оказалось множество, начиная от накладывания заклинания на Свободных перед силовой акцией, заканчивая моим личным участием в боевых действиях.
-Ты пойми, - увещевала она: - не сегодня завтра Свободные узнают о том, что я здесь обосновалась и придут. Защита 'хозяина' на Свободных не подействует, так что через несколько месяцев я появлюсь на одном из столов в твоем морге. Мне нужно что-то, чтобы меня не трогали, и это что-то, это возможность использования 'Надгробия'!
-То есть твои слова о том, что ты хочешь попробовать и, если у тебя не получиться, то ты возродишься по Ограничению, были всего лишь словами? - не зная, как правильнее выразить охватившее меня смятение, я решил прицепиться к ее обещанию стать такой же как я и отец.
-Ты не понимаешь и не поймешь, пока сам не станешь Свободным, - опустив глаза в стол, она некоторое время просидела в неподвижности, после чего вновь подняла на меня свой взгляд.
Всмотревшись, я не увидел там ничего, что напоминало бы мне мою прежнюю мам. Несвойственная ей жесткость, а так же готовность идти до конца. Судя по всему, передо мной сидел человек, который уже не являлся моей матерью, по крайней мере в социальном плане.
-В общем так, сегодня у меня переговоры с одним из лидеров отряда, если все пройдет как надо, то с завтрашнего дня готовься работать на один час дольше, - подвела она итог нашей встрече.
В столовой царило уныние и тишина. Снижение награды за рабочий день не осталось не замеченным, кассирша, являвшаяся одновременно и поваром, сидела на своем 'насесте' с потухшим взором.
'-Блин, не справедливо как-то, - подумал я, набирая на поднос еду: - та же Маринка работает, как и кассирша эта, остальных то ладно, а этих за что?'
Пообещав себе что-нибудь с этим сделать, я отнес поднос за угловой столик. Во время еды мои мысли невольно свернули к предложению-приказу
'-Рано или поздно другие отряды тоже узнают про баф 'Надгробие' и будет опять война', - как бы я не прикидывал, при всех вариантах получалось возобновление боевых действий на территории больницы.
Мысль о том, что в этой заварушке будут гибнуть Свободные, меня приятно порадовала. А еще одна мыслишка, что и
'-Блин, все равно мои способности будут засвечены, - дошло до меня, когда я уже допивал компот и готовился встать из-за стола: - кто-бы не стал после матери хозяином больницы, он так же, как и она, будет пытаться меня использовать!'
Настроение после этого резко испортилось, так что вторая половина рабочего дня прошла в плохом расположении духа.
Увеличение урона от Холода оказалось неожиданно полезной вещью. Раньше, когда люди возвращались к жизни, многие из них донимали меня своими вопросами. Попадались и такие, что не хотели уходить из морга, проявляя любопытство к процессу Возрождения. Теперь же, с увеличением наносимого урона, задерживаться в подвале более чем на одну минуту, никто из них не рисковал.
'-Вали, вали давай', - очередной хам, решивший, что он самый-самый, сбежал, получив уведомление системы об ауре Холода.
Мелькнувшая мысль породила идею и я задумался над ее реализацией. Неудачные возрождения, позволившие мне в свое время получить пазлы заклинания 'надгробие', я давно не практиковал. Усилившийся Холод давал теперь новую возможность умерщвлять людей и я решил ею воспользоваться. Собрав четыре простыни с ближайших трупов, я примотал тканью конечности избранной жертвы к ножкам стола, после чего применил заклинание Возрождения.
Предусмотрительно воткнутый кляп, а так же завязаны глаза, лишили меня дискомфорта как от чужих криков, так и от будущих неприятностей, как если бы человек увидел и запомнил своего 'мучителя', решив в будущем отомстить.
Возрожденный и связанный, мужчина умирал долго. Вначале он пытался порвать удерживающие руки и ноги путы, потом сжался всем телом, в надежде сохранить тепло. Через какое-то время затих, как если бы умер. Но тело не спешило исчезать, так что и я не спешил его развязывать, выжидая.
Сообщение совпало с исчезновением тела. Судя по названию, мне досталось что-то боевое, и, если это окажется действительно так, то я точно не буду в будущем испытывать угрызений совести, 'ростки' которой 'проклюнулись' во мне из-за только-что содеянного.
'-Хорошо еще что сейчас не обязательное к Труду время, - отметил я: - мужик не менее двадцати минут помирал'