Тишина в лифте была невыносимой, и напряжение искрило, грозя обернуться неприятностями. Но печать оставалась тёмной, а укус… Его магия никуда не делась. Я видела, как разувались ноздри хищника, когда он вдыхал окружающий меня запах, как тяжело сглатывал и сама плавилась, мечтая побыстрее оказаться в номере и убежать в ванную. Закрыться и залезть под ледяные капли душа.
Вошла в номер первой, скинула шпильки и шагнула вперёд.
- Я первая в душ, - произнесла, не оборачиваясь, но в следующее мгновение меня поймали.
Воздух вышибло из лёгких, и я застыла, ощущая, как горячая ладонь легла на живот, а другая, не давая дёрнуться, властно провела по плечу, собственнически хватая за шею.
- Не двигайся, - шепнули губы всего в миллиметре от уха.
Вот так и ощущает себя кролик, попав в лапы к удаву. Ой, у удава же нет лап. А как тогда?
Мысли путались, метались, желание, дремавшее внутри, разлилось с новой силой.
Рука с живота опустилась вниз, нажимая и вдавливая. Сильно, грубо, ярко.
Я задержала дыхание и зажмурилась, чувствуя, как он приближается к бёдрам и ладонь замерла. Тихий вздох разочарования против воли сорвался с губ.
Сердце стучало так, что того и гляди, выпрыгнет.
Не знаю, сколько мы стояли - неподвижные, возбуждённые.
Было только тяжелое дыхание, разрывающее тишину.
И вдруг всё закончилось.
- Иди в ванную и ложись спать, - глухо сказал Н’Ери, отступая. - Меня не жди.
Дважды просить не надо было. Я едва ли не бегом припустила в ванную, закрылась на замок и замерла, не зная, что делать.
Ведь это же была игра. Просто игра. А стало?
Подойдя к раковине, бросила взгляд в зеркало и застыла, первый раз разглядев, что со мной сотворил Жерар.
Я и не я. Глаза, подведенные коричневым карандашом, казались больше. Тёмные тени только усиливали эффект. Ресницы стали гораздо длиннее и пушистее. Губы призывно алели яркой помадой. А я никогда в жизни не пользовалась таким цветом. Волосы короткие, вьющиеся, обрамляли бледное личико. Невинность и порок в одном флаконе. Кто бы мог подумать, что я могу быть такой? Ведь не девочка уже.
Ник так и не вернулся.
Одевшись в шёлковую пижаму персикового цвета, которую для меня выбрал Жорик, я забралась в кровать и довольно быстро заснула. Если Н’Ери и вернулся, то я этого не услышала.
Пробуждение было приятным. Мягкая постель, удобная подушка, пушистое одеяло и урчание над ухом.
Стоп! Какое урчание?
Оборачивалась я очень медленно и едва не заорала.
На соседней половине кровати лежала огромная чёрная кошка с золотистыми глазами. Лежала, смотрела на меня и облизывалась.
«Господи, господи, господи!»
В голове была такая каша, что я совершенно забыла правила общения с хищниками во второй ипостаси.
Не смотреть в глаза. Никогда.
Тут же опустила взгляд, разглядывая мощные лапы.
«Взмахнёт такой и хребет сломает. А когти какие. Мама дорогая».
Хищник заворчал, а я чуть с кровати не упала.
- Ник.
Получалось жалко и пискляво.
Прокашлялась и произнесла уже громче:
- Ни-ик.
Животное снова заворочалось, встало на все четыре лапы и двинулось ко мне.
«Вот и всё!», - пронеслось в голове, когда морда пантеры появилась совсем рядом с моим лицом.
Зажмурилась и застыла, вцепившись в одеяло.
«Лишь бы быстро и не больно. Сразу!»
И едва не взвыла, почувствовав мокрый и шершавый язык на своём лице. Ник Н’Ери меня обслюнявил.
Фу-у-у-у-у-у.
Я сморщилась, скривив носик и резко отвернулась, забыв, что дёргаться не стоит. Пусть лучше съест, чем облизывает. Это же ужасная антисанитария. И просто противно.
- Уйди, - пробормотала я, едва шевеля губами и сама (!) отвела огромную морду от своего лица.
И откуда только смелость взялась? Только пару секунд назад тряслась от страха, а сейчас уже трогала хищника. И не за что-нибудь, а за морду, в такой близости от острых зубов.
Шёрстка у пантеры была мягкой, нежной, бархатистой и совсем не жесткой. Хотелось зарыться в неё пальцами, погладить, наслаждаясь тактильными ощущениями.
Зверь тихо рыкнул. Совсем не страшно и едва слышно, но я дрогнула и руки тут же убрала.
- Ник, - тихо произнесла, всматриваясь в огромные зелёные глаза. - Может хватит, а? Будь хорошей киской, вернись в человеческий облик.
Киска быть хорошей отказывалась.
Он неожиданно сильно ткнул меня носом в плечо, отчего я, не удержавшись, упала на спину, и положил лапу сверху, прям туда, где забилось испуганно сердце. Лишь бы коготки не выпустил.
- Ник, - сглотнув, снова позвала я шефа.
Хищник принялся медленно меня обнюхивать, щекоча кожу длинными усами. Особенно задержался на месте метки. Я вздрогнула, вновь ощущая остроту клыков, но нового укуса не последовало.
- Н’Е-ери, - голос дрогнул, когда я почувствовала, как холодный мокрый нос ткнулся мне в живот. - Не знаю, чего ты этим добиваешься, но я сдаюсь. Ты меня испугал, удивил и совершенно вывел из равновесия. Так что шутка удалась, я трепещу от ужаса.
Результат тот же. Он меня будто не слышал, продолжая исследовать сантиметр за сантиметром.