Но, как мы понимаем, главным «законодателем места рождения» великой исторической персоны стал, конечно, известный украинский писатель Павло (Павел) Загребельный, создавший свою незабываемую «Роксолану». Описывая ее внешность и быт автор красочно представляет: «В ее крови были неистовость отца и легкий нрав матери. Гнездилось это у нее в душе в таком беспорядке, что даже строгий учитель Иероним Скарбский, к которому посылал ее Гаврило Лисовский в ожидании чудес от своей единственной дочери, не смог навести в той душе хоть какой-то порядок, а, наоборот, еще больше взбудоражил все то, что до времени было приглушено, жило только в зародыше, еще и не проклевываясь к жизни. <…>. Пережила утрату матери, которую четыре года назад взяла в плен орда так же, как теперь ее самое, бесследно исчез несчастный отец в пылающем Рогатине, пережила собственную смерть или какое-то подобие смерти, чтобы теперь воскреснуть, как на старенькой иконе в отцовской церкви Святого духа, но не в таинственном сиянии святости, не для поклонений вопящей от восторга, одуревшей от чуда толпы, а для прозябания понурого, почти животного. Единственное, что она могла, – это возвращаться без конца памятью в родной Рогатин, к крутым тропкам со щекочущим спорышом по сторонам, к густому малиннику за раскидистой грушей, которая зимой грустно чернела среди снегов, а летом накрывала зеленым шатром чуть ли не всю усадьбу Лисовских. И дом свой видела с крутых улиц Стамбула так явственно, словно стояла перед ним, дом из толстых сосновых бревен, просторный, с окнами на высокий ольшаник, за которым внизу бежит Львовская дорога, упираясь возле вала под горой в Львовские ворота со старым перекидным мостом через ров, а во рву буйство лопухов, лягушки блаженствуют в вечных дождевых лужах, змей и ужей скапливается такое множество, что вот-вот поползут они на Рогатин».
Роман «Роксолана» Павло Загребельного
В хрестоматиях украинской литературы правдиво указывается, что «Писатель изобразил Роксолану как национальную героиню, которая сконденсировала в своем характере наиболее существенные черты национального сознания». Но с таким же успехом любой талантливый автор мог придать ей черты национального самосознания; в зависимости от поставленной задачи Роксолана могла явиться русской или даже польской национальной героиней.
Кстати, выскажу свое мнение от прочтения книги П. Загребельного. Как мы помним, турки прозвали возлюбленную султана Сулеймана Хюррем – «смеющаяся, счастливая», девушкой, дарящей улыбки и смех. Такой ее воспринимали все окружающие. Но для Павло Загребельного эта жизнерадостная красавица становится вечной страдалицей, мученицей в объятиях тирана, заточенной в золотую клетку неволи. Как думаете, смогла бы такая героиня получить свое прозвище:
Одна из авторов Интернета под ником
Ольга Сумская в образе Роксоланы
Впрочем, следует отдать должное талантливому автору: он сумел прекрасно передать быт и антураж дворца Топкапы (также правильно: Топкапи) времен правления султана Сулеймана и пребывания в нем славянки Хюррем. Служившей, между прочим, на пользу и во имя процветания Османской империи – своей второй Родины, подарившей ей истинную Любовь и счастье Материнства. Но то, что привлекает в первую очередь в ее образе любопытных потомков – это масса интригующих событий, связанных с жизнью Роксоланы и ее возлюбленного султана, «правителя мира».
Согласно некоторым авторам, а в их числе и П. Загребельному, прообразом Роксоланы стала украинская девушка Настя Лисовская, которая родилась в 1505 году в семье священника Гаврилы Лисовского в Рогатине – небольшом городке на Западной Украине. В XVI ст. этот городок был частью Речи Посполитой, которая в то время страдала от опустошающих набегов крымских татар. Летом 1520 года, в ночь нападения на поселение юная дочь священника попала на глаза татарским захватчикам.
Наряду с этим в разные годы некоторыми исследователями выказывались серьезные сомнения, что Роксолана вообще могла проживать на территории Руси, Украины или нынешней Польши.