Пол под ним пришел в движение, выталкивая его во вторую «комнату», стенки которой вдруг свернулись трубой и стали очень узкими. Пищевод, понял Уэйн и рванул вперед, царапаясь, крича, отталкиваясь ногами.
Пахнет, как змея, говорила Нора. Хижина пахла, как змея, выглядела, как змея — да, собственно, это и была змея. Змея, пожирающая своих жертв живьем и целиком. Долго переваривающая их.
Уэйн впился ногтями в стенки, но тварь сделала большой глоток — и слюна смыла его вниз. В кипящий котел, наполненный прожигающей до костей жидкостью.
Когда встало солнце, хижина вяло распласталась на песке. Темный проем был распахнут, но — ни единого признака движения.
Хижина рыгнула разок и снова впала в долгое состояние ожидания.