- Да, дорога, - послышался вздох. Я поджала губы, чувствуя, как по щекам текут слезы. – И поэтому хочу, чтобы она была счастлива. С молодым, здоровым красивым юношей. С которым она может танцевать на балах, путешествовать, который будет носить ее на руках! И мне нужен именно такой! Достань его, хоть из под земли! Я лично убью его, если он посмеет обидеть ее хоть словом. Это я предупреждаю сразу!
- А вы не подумали, что она может видеть свое счастье со старым ворчливым драконом, который прикован к креслу? – спросил поверенный, чем –то звеня. – И не нужен ей никакой здоровый юноша. Пусть и из очень хорошей семьи?
Что-то полилось, а я поняла, что это звенел графин.
- Думать-то я думал, но поверить в это я не могу, - выдохнул Венциан, тоже звеня графином. – К тому же, как можно полюбить того, кто убил твоего отца? Ты бы смог?
- О, я бы смог, - послышался голос. – При условии, что меня лишили наследства и фамилии, я бы смог!
- Ты – это другое. Бен любил свою дочь. И она любила его. Я не думаю, что такое можно простить, - произнес Венциан с глубоким вздохом.
- Знаете, про Алмазные Копи давным-давно ходят разные легенды. Кто-то рассказывает, что люди начинают вести себя странно, если в них побывали. Их не узнают родные, - заметил поверенный. – Я долгое время работал целителем и много чего слышал про эти проклятые Копи. Так что то, что ваш друг стал вести себя очень странно, чем вызвал ваш гнев, меня даже не удивило.
- Он не просто вызвал мой гнев. Нет. Я действительно стал замечать странности. Как только пошли первые алмазы, я видел, как он изменился. Не было больше веселого глупого Бена, который хохотал над любой шуткой и мог жрать круглосуточно, - послышался негромкий голос.
Опять прозвенел графин.
- Это был другой Бен. И однажды я поймал его за тем, как он пишет письмо своей дочери. Он требовал, чтобы она приехала немедленно и никому не говорила, куда едет. Чтобы не брала с собой няню. Хотя мы договаривались, что ноги ее здесь не будет. И это меня насторожило. Я припер Бена к стенке, а он… Он обрушил стены. Бен. Обрушил. Он мог только стул сломать! Я не помню, что было дальше. Точнее, помню, но смутно. Помню, как обернулся. Непроизвольно… Я помню, как Бен кричал, что алмазы стоят жизни его дочери! И что это – маленькая цена за несметные богатства!
Венциан задумался и умолк. Я же стояла с разрывающимся сердцем и умоляла его продолжать. Неужели папа так мог сказать?! Хотя… Я вспомнила листочек из дневника, который читала. Там тоже было про Алмазные Копи. И про то, что муж вернулся совсем другим… Быть может, это какое-то проклятие? И папа не знал, что делал?
- Значит, воспоминания к вам вернулись. Это хорошо, - вздохнул поверенный. – Я боялся, что воспоминания об этом вас покинули навсегда. Вы ей уже сказали?
- Нет. И не скажу никогда. Пусть Бен навсегда останется любящим отцом. Он был для нее всем миром. Как я могу сказать ей, что ее родной и любимый папа хотел убить ее ради сверкающих стекляшек? Тем более, что я ничего доказать не смогу. Мне остается только надеяться, что у нее переболит, - простонал Венциан.
- Нда, Алмазные Копи принесли владельцам много бед. Все местные рассказывали про то, что шахты прокляты. Вы же сами помните, как никто из местных не отваживался идти в шахтеры, и вам пришлось набирать работников из Ностриакора, - с сожалением заметил поверенный, чем-то звеня.
- Что потребовало немало вложений, - заметил Венциан. – И стало еще одним толчком к банкротству.
- Мне пора, - послышался голос поверенного. – Разговор с вами натолкнул меня на одну мысль. Я сейчас еду на север. Найду старого целителя, если он еще жив. Он точно должен знать про цветок.
- Утром поедешь. Отдохни хотя бы. Не хочешь возвращаться домой, останься здесь. Я распоряжусь, чтобы тебе выделили комнату, - уставшим произнес Венциан. – Кстати, у меня тут в доме своя мистика. У меня начинают пропадать слуги. Их нет почти целый день. Сначала пропал садовник, потом экономка. И сегодня я обнаружил, что пропала горничная.
- О, я очень люблю мистические случаи, - рассмеялся поверенный. – А что предшествовало?
- Сначала начала пропадать супруга! У меня действительно такое чувство, что они сколотили банду и грабят кареты! – рассмеялся Венциан, снова звякнув графином. – Я каждый день внимательно читаю криминальную хронику.
Он помолчал, а потом добавил странным голосом.
- Ты говоришь, что она меня любит… А я прекрасно вижу, что она меня попросту избегает. Пропадает где-то целыми днями, на вопросы не отвечает. А я уже даже их не задаю, - с горечью произнес Венциан. – Те редкие минуты, которые мы проводим вместе говорят лишь о том, что ей невыносимо смотреть на меня.
- Вы пытались за ней проследить? – спросил проверенный.
- Я отправлял служанку проследить за ней, но теперь пропадает и эта служанка! Мне кажется, что я скоро проснусь в пустом поместье! – воскликнул Венциан.
Глава пятидесятая
Впервые я услышала, как смеется поверенный. Я узнала, что его зовут Дилан. И сейчас смеялся, как сумасшедший.