Ничего не сказали зайцы-послы о том, что им Филин сказал, воочию увидели они, что правда его была, что поймёшь своё счастье тогда только, когда горького вкусишь сначала…
Додон спас
Перед крепостью приказано было вырыть окопы. Две ночи работали солдаты, и на третью из крепости отряд вышел на новоселье. С отрядом переселился в окопы и один из офицеров, постоянно служивших в крепости. Семья офицера – жена и старуха мать – выпросили у командира разрешение остаться в крепости на всё время войны. Обе женщины служили сёстрами милосердия в одном из крепостных лазаретов.
Едва успел офицер устроить себе в окопе помещение и, вскипятив на спиртовке кофе, сел завтракать, как его лизнула в руку Собака.
– Додон! – удивился офицер, увидев свою собаку. – Зачем ты явился? Ступай домой!
Но Додон повилял хвостом, точно хотел сказать: «Нет, я с тобой останусь», – и уверенно свернулся калачиком у ног офицера.
Так и стали жить они вместе.
Наутро показался неприятель и в ответ на наш огонь окопался невдалеке перед нашими позициями.
К ночи он пошёл в атаку.
Отбив её, наши бросились в ответную атаку на неприятеля. И случилось так, что офицер упал, раненный в ноги, в кустах, на полосе, тянувшейся между нашими и неприятельскими позициями. Нашему отряду пришлось вернуться в свои окопы, и в темноте никто не заметил лежавшего офицера.
К утру бой затих.
– Убили барина-то! – сказал один из солдат денщику офицера.
Лежавший Додон поднял голову, уши и внимательно посмотрел в глаза говорившему.
– Чуешь, миляга? – сказал ему солдат. – Нет твоего хозяина. Там он остался! – и солдат махнул рукой в сторону неприятеля.
Додон вскочил на ноги и, визжа, стал прыгать на стенки окопа.