«Наверное, моя мама изменила с водолазом! Точно! Ведь я красавец!» Это было единственным объяснением всего происходящего, впрочем, действие и еще раз действие – вот залог успеха, и я предпочитаю его всем остальным. Я развернулся и, постаравшись выглядеть брутально (а не так кисло, как еще пару секунд назад), воскликнул:
– Привет, посланница иных миров! Раз видеть тебя на примитивной и пыльной планете Земля! – почему-то именно эта нехитрая фраза показалась мне в тот момент самой востребованной.
– Привет, привет, чучело! Я всегда говорила, что ты – это то еще существо, хотя и пытаешься косить под порядочного и даже образованного!
– Не надо, не надо! – не устаю повторять, что из уст красивой девушки (с которой, возможно, у меня еще что-то будет) я могу воспринять многое, но самозащита не помешает.
Только сейчас я осознал, что почти полностью завернут в простыню (наружу торчала только коленка с синяком), следовательно – могу уверенно отражать удары, не ощущая себя голым перед видеокамерами.
– Перекусим? – конечно, задавать вопросы: «Какими судьбами?» и «Как ты здесь оказалась?», было не самым умным решением с моей стороны (за последние двадцать дней я много чему научился), поэтому я сразу перешел к делу, – ложись рядом, я принесу тебе кофе в постель!
– Мыслишь в правильном направлении! – Ирина быстро скинула с себя халатик, а я от неожиданности разинул рот и так и просидел, пока она не оказалась рядом со мной, стягивая с меня простынь, – но только брысь сначала в ванную, а потом – за кофе! А я пока расслаблюсь! Кстати, мне со сливками и без сахара. И средней крепости!
Она несильно лягнула меня ногой – для понятливости. Ей не хватало только сказать: «Тпру!», чтобы я вообразил себя лошадью, которую загоняют в стойло. Вернее, конем, и, вероятно, конем-производителем.
Я закусил удила. Лишенный простыни, под саркастическим взглядом Ирины я чувствовал себя очень неуютно, зато спасительная ванная была в двух шагах, и я рванул туда со скоростью пневмопочты из фантастического романа: «Фельдфебель в стране диковинных штучек» автора Чумазова Ф.Ф.
В отличие от героя (и автора) романа, я был чист и кристально свеж (мне часто говорят, что самоуверенность – большой грех), но освежиться совсем не мешало. «Еще бы найти зубную щетку!», – никогда не знаешь, когда она может понадобиться, но в самый нужный момент ее всегда нет под рукой. Я начал шарить по шкафам, пытаясь понять, чт
Здраво рассудив, что бездушному стальному лезвию все равно, кто перед ним – дама или джентльмен – я принялся усиленно наводить лоск на свой внешний вид. Процедуры заняли минут пятнадцать, из зеркала на меня посмотрел бравый менеджер среднего звена, подтянутый, стройный, без грамма жира, привлекательный и умный – в общем, герой-любовник!
– Да, ты мечта! – я ощерил зубы наподобие Киану Ривза в фильме «Адвокат дьявола», выпятил грудь и обмотался полотенцем.
– А вот и мой соколик! Где кофе? – при моем появлении Ирина разлепила глаза, потянулась и приняла позу Данаи после соития со святым духом (или даже с самим всевышним и всепогодным Зевсом!).
Черт возьми, она была соблазнительна! Простынь подчеркивала обводы ее фигуры, а томный голос гарантированно мог соблазнить даже Троицу, включая Моисея, его сына и сына его сына, вошедшего в репродуктивный возраст. Впрочем, куда им – ветхозаветным старикам, вперед идут настоящие самцы!
Но сначала обязанности! Я запрыгал в поисках турки и кофемолки. И кофе. И сливок. Пришлось облазить все шкафы, поскольку кто ж его знает, где все это спрятано! Мне никто (в смысле, Ирина) не собирался помогать. Но я справился. Что-что, а кофе я чую за версту, а где кофе – там и все остальное. По крайней мере, поблизости.
Пришло время священнодействовать. И сервировать поднос. А это целый процесс, который требует вдумчивости, неторопливости и основательности. И нужно смотреть, чтобы кофе не убежал. А как тут быть неторопливым, когда в постели ждет такая девушка? В общем, пришлось немного внутренне заморозиться, попутно развлекая Ирину приличными анекдотами про поручика Ржевского.
Кофе получился отменным, тут же неподалеку нашелся поднос в ромашках, который удобно вместил пару кружек, и я грациозно продефилировал вместе с ним к кровати. На последнем шаге со мной случился конфуз – с меня упало обернутое вокруг бедер полотенце, что было встречено игривым смехом Ирины и ее едкими замечаниями, что я не Юлий Цезарь, и ничего серьезного мне поручать нельзя: вот даже неодушевленное полотенце и то – меня не слушается.
Впрочем, я не смутился и сохранил достойный вид. С меня можно было лепить моментальный слепок фигуры Аполлона в лучшие годы, единственно – вместо копья в руках был поднос с кофе, но сути дела это не меняло. Зато мое естественное копье вдруг взбодрилось, да так сильно, что завибрировало и налилось, как спелая клубника под знойным небом Аргентины.