Поэтому он настроился на длительные поиски, однако нашел модельку на удивление быстро. В этом курортном месте развлечений у скучающих дамочек было не так много: купание, шопинг и косметические процедуры. Понятно, что на пляже худощавых красавиц было столько, что найти ее среди них было нереально. Магазины отпали сами собой — там поймать искомое было бы совсем уж самонадеянно. Так что Лейтенант совершенно случайно, но очень целенаправленно познакомился с маникюршей из гостиничного спа и буквально через неделю знал практически все практически обо всех ее клиентках. Двадцатилетняя красотка, не говорившая ни на одном языке, кроме родного, придирчиво заботившаяся о своей внешности и жившая в этой скукотище уже четвертый месяц, скорее всего, и была той, кого он искал. Дождавшись ее очередного визита в салон, он проследил за ней до неприметного особняка, терявшегося в густо разросшемся саду. Теперь оставалось выяснить, кто-кто еще в теремочке живет.
Судя по всему, кто-то там жил. И был этот кто-то очень осторожным. Из дома не выходил, все закупки продуктов делала толстая усатая старуха, а моделька выезжала на красненьком Смарте пару раз в неделю. Прогуливалась по магазинам, лениво перебирала товары и ничего не покупала («Давно живут, уже скупила все, что надо и не надо», — думал Лейтенант). Или же отправлялась наложить в косметическом салоне на гладкое двадцатилетнее личико очередную питательную маску.
«Вот же тоска какая — так жить, — размышлял Лейтенант. — Тут никаких денег не захочешь, когда вот так вот живешь, боясь нос наружу высунуть. Он что, не понимает, что его и так, и так достанут?» Видно, не понимает, надеется на что-то.
Оставалось понять, как пробраться в дом. Сигнализация там была серьезная, судя по проводам и камерам наблюдения. Лейтенант их вычислил, посчитал, нарисовал схемку, пытаясь определить мертвую зону, и не смог не признать: расставлены камеры грамотно, мертвой зоны нигде нет. Ворота крепкие, стальные, с налету даже грузовиком не вышибешь, да и шум был ему ни к чему. Как ни крути, а оставалась одна моделька.
Дождавшись ее очередной прогулки, во время которой была куплена очередная «очаровательная заколочка», улучив момент, когда она уже села в машину, но еще ее не завела, он, широко и открыто улыбаясь, рванул дверь пассажирского сиденья и плюхнулся на кресло рядом с ней.
— Ты что, больной? — крикнула она. — А ну пошел вон отсюда!
— Да ладно тебе! — примирительно сказал он, продолжая улыбаться.
— Я сейчас полицию позову! — скандально сказала она и взялась за дверцу, чтобы выйти.
— Спорим, не позовешь?! — он старался смотреть на нее как можно дружелюбней. — Потому что я тебя тогда убью, а мы этого оба не хотим, правда?
Только тут она заметила, что у него в руке пистолет, глушителем которого он чувствительно толкнул ее куда-то под ребра.
— А еще у меня есть острая бритва, — доверительно сообщил он ей. — И если меня будут арестовывать, я тебе возьму, да красоту-то и попорчу. Не волнуйся, я успею. Я парень быстрый и ловкий. А вот если ты сейчас меня отвезешь к себе домой, то ничего и не будет. Честно.
— А зачем? Чего тебе надо? — она была готова заплакать.
— Нравишься ты мне, — честно ответил он. — Хочу с тобой подружиться, кофе вместе выпить, поговорить.
— У меня бойфренд есть.
Ну, слава Тебе, Господи! Этого мне и надо было.
— Вот мы с ним и познакомимся! — засмеялся Лейтенант. — Ну, поехали, поехали! А то я начинаю нервничать.
Она испуганно посмотрела на него и нажала ногой на педаль. «Господи, вот дура-то! Даже жалко ее как-то!».
Она открыла ворота маленьким пультом, и они въехали на стоянку перед домом. Вот и все. Как просто. Впрочем, самые лучшие пути — самые простые, это практикой доказано.
— Ты пока не выходи, — ласково сказал он. Моделька кивнула и сжалась на кресле водителя. Лейтенант быстро обошел машину, открыл ей дверь.
— А теперь пойдем — подал он ей руку. Ладошка у нее была потная, а пальцы — ледяными. Волнуется. Ну что ж, правильно делает. Как раз сейчас ей есть из-за чего волноваться.
В доме было прохладно и тихо. Только кондиционер шелестел.
В общем, чего-то такого он и ожидал: распахнулась дверь комнаты, и оттуда вышел Сержант. Остановился, остолбенело глядя на Лейтенанта.
— Ты чего, командир? — тупо спросил он.
— Да вот, ничего, — в тон ему ответил Лейтенант.
Повисло молчание.
— Я пойду? — осторожно спросила моделька.
— Да! — Нет! — они с Сержантом ответили одновременно. Девушка застыла на месте.
— Отпусти ее, — попросил Сержант.
Лейтенант помотал головой.
— Сам знаешь, нельзя.
— Никак?
Лейтенант снова с сожалением помотал головой.
— Жалко. Молодая совсем. Будь человеком, а?
— Вы о чем? — дура дурой, а поняла. Лейтенант поднял пистолет и выстрелил ей в лоб.
— Нельзя, Сержант. Ты ж меня сам учил.
— Ну да, было дело, — Сержант обмяк, глядя на раскинутое стройное тело. — Мог бы и пожалеть.
— Ты же знаешь — не мог. Слушай, а зачем тебе все это надо, а? Какой компромат? Какие документы? Тебе чего, денег мало было?