Читаем Хроники семьи Волковых полностью

Ане и Шуре предложили две школы в посёлке Залужное — рядом с городком Лиски. Директор и учителя расписывали им те места: это посёлок городского типа, и клуб там есть, и кино, и танцы, и школы хорошие, рядом река, лес… Уговорили. Аня выбрала для себя школу № 17, относящуюся к железнодорожному ведомству. Тогда у ЖД (железной дороги) школы были по всей стране свои. Они выгодно отличались от просто городских и сельских. Учителя, работавшие в таких школах, имели те же льготы, что и железнодорожники — бесплатный проезд в поездах, продуктовый паёк… Шуре досталась другая школа.

Братья. Денис

Денис был на четыре года старше Ани. Как и все Волковы — высок, строен, красив. К тому же имел открытый, общительный и очень весёлый нрав.

Он окончил четыре класса школы и считался прилично образованным парнем. Учился хорошо. Когда Аня пошла в первый класс, она попала к тому же учителю. А в классе, на одной из стен, — выставка рисунков старших учеников. Самый лучший рисунок — изображение коня, — Денисов. И учитель в первые же дни сказал всем:

— А коня, ребята, нарисовал старший брат Ани Волковой.

И сразу этим поднял авторитет девочки среди одноклассников.

После окончания четырёх классов Денис стал помогать отцу шить сапоги. Ему же не раз приходилось приводить домой пьяного отца. После воскресных служб, когда все соседи уже повозвращались домой, а отца всё не было, мать говорила:

— Иди, Денисок, шукай батька. Заглянь спочатку до церкви — он, мабуть, там!

И точно, Денис находил отца в небольшой комнатке при церкви в компании с попами и бутылкой. Вёл домой, иногда почти тащил на себе. И хотя мать ругала мужа: стыдно, мол, взрослому парубку за отца-пьяницу, Денису вовсе не было стыдно. Отца он очень любил, принимал того таким, как есть. Кстати, так же, как и отец, с удовольствием читал книги.

В 16 лет Денис уже был комсомольцем и комсомольским вожаком при сельсовете. Иначе и быть не могло: энергичный, зажигательный, умеющий поладить со всеми, прекрасный организатор!.. За этим парнишкой тянулась молодёжь.

В сельском клубе он организовал драмкружок, сам подбирал пьесы и ставил их. Это были «Назар Стодоля» Тараса Шевченко, «Ой, не ходи, Грицю…» Михайла Старицкого, «Щельменко-денщик» Квитки-Основьяненко. Сам был в пьесах актёром и, конечно же, пел. Уже тогда он очень любил петь. На всех посиделках звучал прекрасный голос Дениса — отцовское наследство. А когда стал ставить пьесы, его певческий и актёрский таланты просто расцвели.

На эти спектакли приходило очень много народу. Для Бутурлиновки и, особенно, для их сельского района они были событием. Продавались билеты. Однажды Аня, — а было ей лет 13, — позвала подружку на спектакль:

— Пойдём, там мой брат Денис, он нас пропустит!

Денег-то у них, конечно, не было. Девочки пошли. Но Денис подвёл сестричку — вышел, сердито отругал:

— Я ж казав тоби, не приходь!

И не пустил.

Не случаен был подбор Денисом пьес. В них он говорил на своём любимом украинском языке, пел украинские песни — он и в самом деле эти песни любил больше всего. А когда пришло время получать паспорт, он записался украинцем. Сам так захотел. Пришёл домой, протянул только что полученный паспорт родителям:

— Тато, мамо, я записался в паспорте украинцем.

— Но мы ведь все русские, — удивился отец.

Парень махнул рукой:

— Ну и что! Я говорю по-украински, песни пою украинские. Значит буду украинцем!

Лет в восемнадцать Дениса послали от комсомола учиться на курсы кассира сберкассы в город Тамбов. Учился около года, когда вернулся, стал работать в селе Васильевка, в 20 километрах от Бутурлиновки. Видимо, большое было село, коль там работала сберкасса. Аня помнит, как пришёл домой Денис, получив свою первую зарплату. Принёс матери и ей, сестричке, материи на платья. А ещё — целый мешок арбузов, тащил пешком все 20 километров.

В то время была уже у Дениса девушка — Юля. Его ровесница, товарищ по комсомольской работе и по актёрству. Очень красивая, задорная, боевая девчонка, тоже пела хорошо. У них были близкие отношения ещё до свадьбы. Вообще, Денис был парнем хоть куда, девчата по нему сохли. Но он любил Юльку.

Подходило время идти в армию. И Денис с другом Павлом Шандурой решили поступить в курсанты. И не куда-нибудь, а обязательно в Киев. Денис давно мечтал учиться и жить именно в Киеве. Давно слышал, какой это красивый и большой город, на том самом Днепре широком, как у Шевченко. До середины которого не всякая птица долетит, как у Гоголя… Там, в Киеве, было военное училище связи. Туда и поехали парни. Вернулись уже в курсантских формах — в короткий отпуск.

Родители с младшими детьми жили тогда уже в Новохопёрске, и сын приехал сначала к ним. Но почти сразу укатил в Бутурлиновку — жениться на Юле. Отец с матерью поехали с ним, сыграли свадьбу. А вскоре Денис вернулся в Киев — начались занятия в училище. Юля осталась в Бутурлиновке, работала на маслозаводе в лаборатории.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука