– Мне сто сорок лет, из которых восемьдесят пять я провел во флоте. Что-что, а считать умею, даже если бы мы бились до конца и уничтожили дредноут, эсминцы и весь ваш «щит», воевать с колоссом стало бы просто некому. Ну скажите, что было делать с той нависшей над нашими корабликами махиной? Что толку жертвовать жизнями молодых офицеров, если впереди всех ждет горечь поражения?
Я кивнул и пожал ему руку.
– Обещаю сдержать свое слово и выпустить ваших людей в скором времени. Прощайте, адмирал.
Он кивнул в ответ и прошаркал в соседний зал, заполненный поджидающими его высшими офицерами.
– Сияющий, – обратилась ко мне адъютант, – поступило сообщение, что станция связи захвачена.
– Наконец-то! Чего они копались так долго?
– Десантные группы наткнулись на серьезное сопротивление, вражеские солдаты и вооружившиеся работники станции сражались до последнего. Пленных среди них почти нет…
– Прискорбно. Почему они не могли просто сдаться, как этот адмирал?…А, ладно. Сообщите людям, которых мы вывезли из обсерватории Зальты-16, что их помощь наконец понадобилась. Думаю, они будут рады это услышать. И поинтересуйтесь, не надумали ли они возвращаться в Федерацию – вряд ли мы будем удерживать станцию слишком долго.
– Слушаюсь, Сияющий.
– Свободны.
Женщина выпрямилась, отдала честь и куда-то свалила, а я, не собираясь задерживаться на этой дырявой посудине, потащился к челноку.
– Сэр, – обратились ко мне откуда-то сверху.
– Эльва? Как ты здесь оказалась?
– Взломала СНИЖ, разумеется. Я хотела поинтересоваться, зачем вам нужны всякие… адъютанты? Я ведь справлюсь не хуже.
– Да, Эльва, все так. Но этих людей тоже нужно чем-то занять, если они увидят, что вокруг их бога пустое пространство, будут стараться его заполнить. Стоит мне отказаться от услуг назначившего самого себя адъютанта, придут двое других… Эльва, я не хочу, чтобы ты ревновала.
– Я не ревную, отец! Просто… Просто… Ну да, я ревную. Но я буду с этим бороться.
– Не расстраивайся, Эльва, в моей душе для тебя существует целое отделение, оно не сжимается и не заполняется ничем другим. Ты всегда будешь со мною, что бы ни произошло.
– Спасибо, отец!
– Не за что. Собери командующих на военный совет.
– Есть.
Она наконец замолчала, а я подумал, что в ближайшее время сойду с ума. Скоро приду к себе в каюту, а там такая же великовозрастная девочка Найта – если она полезет с какими-нибудь фокусами, как бы ни любил – придушу.
Глава 4Корректировка
От прежнего военного совета этот не отличался количеством участников, разница была только в составе. Пара незнакомцев сидела в сторонке как пришибленная – они заменяли магистра и Локоса. Один из них имел звание офицера космофлота, другой командовал каким-то ударным батальоном. Между ними, положив руки на колени, в своей любимой фуражке застыл прямой как стрела адмирал. Я до сих пор не понял, что скрывалось у него за маской бесстрастия: полное довольство собою, чувство собственной значимости или… Двумя словами: фиг знает. Только впечатление создавалось такое, что он ходит и постоянно читает про себя мантры для сосредоточения.
Я обвел взглядом генерала, лица которого никогда не видел, пылающего демона, который по-прежнему держался в стороне от всех, искрящегося и будто наэлектризованного Балаута и задержался на Найте. Моя женушка теперь не носила коротких одежд: все самые соблазнительные участки тела были надежно спрятаны под хоть и обтягивающей, но непрозрачной тканью. Ее лицо оставалось прекрасным, гордым, притягивающим, но сейчас его будто бы окружал невидимый ледяной щит, который предупреждал всех: ближе не подходи! И, словно невзначай, руки девушки постоянно находились на бедре – около рукояти меча и пистолета в кобуре.
От этой картины мое сердце на секунду замерло, почудилось, что я ее обидел, унизил, причинил боль или что-то подобное, но, посмотрев на меня, Найта словно оттаяла и вновь расцвела, в один миг стала прежней.
– Фух, – выдохнул я. – Итак, мы собрались здесь, чтобы обсудить дальнейшие действия. В данный момент идет погрузка военнопленных в тюремный комплекс на «Сердце Эльвы», по подсчетам специалистов эта операция займет еще пару часов.
– Простите, сэр, – спросил генерал, – а зачем нам нужны все эти заключенные?
– Во-первых, отпустить их я не мог: они в скором времени пересели бы на другие корабли и вновь стали бы воевать против нас. Во-вторых, нам нужны люди… Как это ни печально сознавать, но Орден ограничен, и число его последователей не растет, а сокращается. Я хочу, чтобы за то время, пока заключенные находятся здесь, специальные службы занялись их обработкой. Возможно, некоторые из пленников перейдут в нашу веру, а те, кто не захочет… в любом случае после воздействия нашей агитации ОСА не сразу примет их на службу.
– Весьма тонкий расчет, – кивнул генерал. – Пожалуй, займусь созданием службы проповедников.