«Они меня не видят, – подумала Дарья, – это потому что я, наверное, сплю», – и она беззвучно последовала за ними.
В коридоре няня помогла Дарьюшке надеть тёплый салоп с пелеринкой, голубой капор и подала ей маленькую муфточку, а сама накинула плюшевую шубу, повязала голову платком, и они вышли на лестницу.
Дарья схватила с вешалки другую шубку и шапочку, тоже натянула сапожки и поспешила за Дарьюшкой и няней, которые уже спустились по лестнице. Они вышли из подъезда на широкий, ярко освещённый горящими фонарями Невский проспект. По проезжей части, скрипя полозьями, медленно ехали сани, гружённые большими пушистыми ёлками, звеня бубенцами, летели тройки, в которых сидели нарядно одетые дамы и господа со своими детьми. Дарьюшка и няня влились в поток пешеходов и, пройдя немного по Невскому, свернули на Владимирский проспект. Дарья двигалась за ними, стараясь не отставать.
– «Ведомости»! «Санкт-Петербуржские ведомости»! – послышался звонкий, мальчишеский голосок. – Рождественский выпуск! Специальный Рождественский выпуск! – По улице бежал мальчик с пачкой газет в руках. Он был одет в старенький полушубок, на его голове, низко, почти до самых
глаз, был нахлобучен облезлый заячий треух; на плече висела холщовая котомка.
Он поравнялся с Дарьюшкой и няней.
– «Ведомости»! Купите «Ведомости»! Специальный Рождественский выпуск! Сочинение господина Лескова! «Неразменный рубль»! Специальный Рождественский выпуск! Меняю газетки на монетки! Газетки на монетки!