Приходила в себя долго. Ганс терпеливо ждал, хотя пришедшему в себя мужчине явно требовалась еда, о чем свидетельствовал бурчащий желудок. Я бы и сама перекусила, если бы кто-то покормил меня с ложки и пожевал за меня. Но сил не было, я и держалась из последних сил И все же отключилась, пребывая сначала между сном и явью, а после погружаясь все дальше в темноту.
Маленький яркий лучик привлек мое внимание. Я опустилась ниже, присматриваясь и содрагаясь от жалости к маленькой хрупкой фигурке, что жалась к стенам домов. Она быстро перебегала с одной улицы на другую, пользуясь темнотой ночи. Грязная, худая со спутанными волосами в порванной одежде. Она боялась тех, кто захватил мой мир, но все равно стремилась вперёд, прижимая окрававленными руками тонкую тетрадь к груди. Я вскрикнула вместо нее, когда пьяный демон вывернул из поворота и чуть не наткнулся на девчонку. Лишь в последнее мгновение успела отвести беду. Она застыла, переводя дыхание, а я спустилась ещё ниже, стараясь рассмотреть ту, которая до сих пор не опустила руки. Мои храбрые любимые лисы сдавались, боролись лишь единицы и то, не надеялись уже на победу. Я тоже не надеялась, даже когда подбросила одну из своих тетрадей. Слишком отчаянной надо быть, чтобы добровольно лишить себя зверя. И не только себя.
Моя статуя в центре города осталась нетронутой. Демонам нравилось устраивать казни и разврат рядом с ней. Насмехались по приказу своего повелителя, знали, что я почувствую все, что чувствуют дети в этом месте, в последние секунды жизни. Светлое место с частицей моей силы осквернили, перекрыв мне дорогу. Нужно было вмешаться сразу, а не надеяться, что лисы справятся сами. Не смогли. А девчонка эта сможет?
Пришла, беспомощно озираясь по сторонам. Я тоже огляделась, надеясь, что она не одна.
Тусклые, едва заметные лучики потянулись к площади, дрожа и затухая время от времени. Но вот сначала к площади вышел хромой старик, крепко держа за руку мальчонку, потом двое рослых избитых до неузнаваемости парней, следом семейная пара, крепко держась за руки.
Я считала: один, два, три… девять.
Вниз. Ещё ниже. Туда, где дрожащая от страха девчонка читает призыв и платит своей сущностью. Ещё ниже. К тем, кто отдает половину жизни, даже не зная, что получит взамен. Нити выстраивались перед глазами, переплетались, образуя крепкий канат. Потянулись потоки магии, полностью осушивая источники и перетекая в девять добровольцев, заполнили сосуды до краев и устремились к центру. Туда, где их ждала уже я.
Удар сердца. Общий, он один на двоих. На лице хрупкой девчонки расцвела победная злая ухмылка. Тихие древние слова слетели с губ. Прочь из моего мира. Все вон.