Тяжелый вздох, и меня попросту прижали к себе, и даже зарылись носом в мои волосы, и на душе сразу стало легче. Потому что, наконец, сказала то, в чем самой себе было страшно признаться. Но оставался еще один вопрос:
— Эран, а что будет завтра?
Я почувствовала легкий поцелуй, который достался все тем же моим волосам, и воин тихо ответил:
— Завтра… я покажу тебе ИрАэ, встретим твою… мать. Потом у меня будет несколько неотложных дел, а после… лично займусь решением вопроса с назначением новой эйтны-хассаш, как весьма заинтересованное лицо!
— А зачем она тебе? — не поняла я.
Рука воина скользнула с моей талии на бедро, затем я была притянута и прижата к одной очень выдающейся части его тела.
— А обещал больше так не делать! — возмутилась я.
— Не солгал ни единым словом — рукоприкладства не было, согласись.
И я согласилась. Я в душе вообще уже на многое согласилась, а про мои гормоны и говорить нечего. И засыпая в объятиях, чего уж скрывать — любимого мужчины, я вдруг поняла, что Иристан просто потрясающая планета… завтра обязательно начну с ней знакомиться.
— Кстати, последний вопрос, — пробормотала я, — а ты Накара отпустишь?
— Женщина, это уже наглость! — сообщили мне.
Отпустит. Этим я тоже займусь завтра.
— Спокойной ночи, — пожелала я Эрану.
— Сладких снов, — прошептали мне в ответ, и добавили. — Не отпущу. Максимум, что могу обещать — выдворю с моей планеты без телесных повреждений!
Не поняла.
— А как ты догадался, о чем я подумала? — любопытство отказывалось спать до того, как голод его будет утолен, несмотря на весьма длинный, трудный и насыщенный событиями день, после которого лично я уже просто вырубалась.
— Узнаешь, — Эран сладко зевнул, — завтра…
Любопытство обиделось, и решило зверски отомстить… но почему-то тоже, только завтра.