— И не прогадал! — широко улыбнулся он, выразив простецким своим лицом восхищение. — Я же, когда разглядел вас на этом утесе, грешным делом, подумал, что помощь вам нужна, подумал, в беде барышня, а потом, когда вы подзорную трубу приладили, тут и растерялся. А вы, стало быть, прибывающих разглядывать уединились?
— Уединилась. А вы, стало быть, все время, пока пароходик у берега маневрировал, за моим плечом простояли?
Он кивнул с простодушной гордостью. Я мысленно застонала. Болван! Святые угодники, какой болван! Представляю, какое впечатление наша парочка на князя произвела! Да он, наверное, палубы покинуть от удивления не решался, так и прирос к доскам подошвами сапог.
— Высокий чин на Руян прибыл, — продолжал Болван Иванович. — Вы когда в реверанс опустились, я тоже, знаете ли, не оплошал, вытянулся во фрунт, со всем почтением.
«Лучше бы я над тобою сейчас курган из камешков возвела, а не над кошкой невинной», — подумала я зло, лицом раздражения никак не выказывая, лишь улыбнулась покровительственно.
— Экий вы хитроумный, Иван Иванович. — Я кивнула на кофр. — Теперь мы можем отправляться к месту нашего поселения.
— Слушаюсь! — по-военному щелкнул он каблуками и схватился за ручки. — Я потом и сам сюда вернуться смогу.
— С какой целью?
Мы уже взбирались по тропинке, поэтому спрашивала я через плечо.
— Да любопытно мне выяснить, откуда камышовая кошка появилась. Она же чуяла, что сдохнет скоро, но к людям пошла.
Я остановилась настолько резко, что столкнулась со спутником.
— Она хотела наше внимание привлечь?
— Похоже.
— Бросьте, — велела я Зорину, — оставьте этот злосчастный кофр, мы потом за ним вернемся или не вернемся… Не важно. Лежбище должно быть где-то неподалеку. Вы же охотник, майор? Ну конечно, как любой берендийский мужчина. Следы читать умеете?
Я быстро сбежала по тропинке к кургану. Раз уж моя первая встреча с князем обернулась таким досадным фиаско, от осознания сего прискорбного факта следовало отвлечься.
— А вы, стало быть, как любая берендийская женщина, — топал следом за мною послушный вояка, — котиков обожаете?
— Избитый штамп! — фыркнула я, рассматривая камешки у кустов. — Если уж выбирать между кошкой и собакой, предпочту вторую. Это же кровь? Вот здесь, где корни наружу торчат?
Он присел на корточки и потрогал пятно пальцем, поднес руку к лицу, рассмотрел, понюхал:
— Кровь. Кошка не сверху пришла, а наоборот. — Зорин отодвинул колючую ветку. — Кажется, за кустами начинается еще один уступ. Без веревки не спуститься.
— Руку дайте! — Я подоткнула юбку и, схватив спутника за запястье, заставила его сомкнуть пальцы на моем. — Это называется «замок», и не вздумайте его размыкать да держитесь свободной рукой за что-нибудь надежное, не за ветку! Вот хороший крепкий корень!
И когда Иван Иванович исполнил указание, я ступила с берега в пустоту.
— Опускайте!
Я осторожно болтала ногами в воздухе, рассматривая открывающуюся картину.
— У вас немалый опыт в скалолазании? — уважительно прозвучало сверху.
— Загорская губерния гориста, — ответила я вежливо. — Вершка на четыре вниз можете опустить?
Он покряхтел, затем пробормотал:
— А я говорил, без веревки…
— Поднимайте! — перебила я и, когда он вздернул меня к себе и поставил осторожно на твердую землю, радостно сообщила: — Уступ довольно широкий, на нем…
Я замолчала, сквозь рокот волн до нашего слуха отчетливо донеслось мяуканье.
— Значит вот что она хотела нам сказать, — протянул Зорин. — Забота о потомстве ее к людям толкала. Что ж, Серафима Карповна, тайна раскрыта, и мы с вами теперь можем следовать в отель.
— А котята?
Он пожал плечищами:
— Работники с необходимым снаряжением…
— Вы хотите сказать, что наймете для спасения людей?
— Именно это я и хочу сказать. — В тоне Ивана Ивановича послышались мне какие-то стальные нотки, которые в другой ситуации просто так ему бы с рук не сошли, но сейчас мне было не до пустословия.
— А если котята не выживут? До отеля идти не меньше часа, затем некоторое время у нас займет инструктаж и подготовка, пусть еще час, потом дорога обратно.
— Что вы предлагаете, Серафима Карповна?
— Я спущусь туда с вашей помощью!