– Точно, – подвердила миссис Найтли. – Теперь я не могу показаться на глаза родителям. Вернее, мама написала, чтобы я не вздумала появляться дома. И на учебе поставлен крест.
– Неужели ты сожалеешь? – возмутился профессор.
– Я? – его жена поправила дужку очков. – О, я сожалею, и еще как. Я сожалею страшным сожаленьем, что ты болтаешься по подозрительным барам!
– Но дорогая, я же должен где-то промочить горло после того, как весь день прочесывал опиекурильни, лавки старьевщиков и изображал пациента у шарлатанов, выдающих себя за восточных целителей!
– Но почему же обязательно нужно во всеуслышание говорить гадости? Неужели нельзя было сказать эту твою правду владельцу бара с глазу на глаз?
Найтли отложил вилку и поднес к губам салфетку.
– Кажется, – торжественно заявил он, – настал самый подходящий момент посмотреть мою лабораторию.
К лаборатории вела узкая винтовая лестница. Шаги по чугунным ступенькам отдавались гулким эхом. Прежде, чем ступить на них, М.Р. Маллоу присел на корточки и высунул голову в маленькое окно с прогнившей рамой. За окном оказался двор-колодец. Здесь стояли покосившиеся сараи, валялись куски угля и дрались коты.
– Признайтесь, профессор, – голос Д.Э. звучал гнусаво, потому что нос он зажал пальцами, – вы там разводите редкие сорта роз?
Профессор отпер висячий замок и пропустил гостей в тесное, лишенное углов, помещение с лесами.
– Это мои последние эксперименты в области полимеров, – похвастался он. – А пахнет бакелитовая смола. Реакция производится при помощи кислот, или, как в данном случае, щелочи.
– По запаху больше похоже на общественную уборную, – сострил Дюк.
– Правильно, дорогой мой, это и есть аммиак.
– Полимеры? – обернулся Джейк. – Фордит?
– Нет, фордитом занимался не я, – отозвался профессор Найтли, – но меня тоже интересуют заменители кожи. Не знал, что вы понимаете в современных химических технологиях. Приятно, знаете ли.
– Только слышал, – задумчиво проговорил Джейк. – Говорят, на «Форд Мотор» научились изготовлять резину даже из соломы. У них ничего не пропадает.
– Точно, даже отходы идут в дело, – подхватил Дюк.
– Я бы даже сказал, в основном отходы, – прибавил профессор. – И как идут! На «Форд Мотор» даже опилки не выбрасывают. Опилки, стружки, коксовая пыль – все идет в котельную. Превосходно экономит расходы на топливо.
– Опилки! – засмеялся Дюк. – Я думал, их только выбрасывать можно.
– А зачем их выбрасывать? – изумился профессор. – Опилки – превосходный материал! Из них можно приготовить очень хороший кофе.
– Кофе? – поразились двое джентльменов.
– Кофе, – кивнул профессор. – Опилки, желуди, немножко ароматических веществ, с ванилином, жареный и молотый, в станиолевой упаковке, упакован горячим, сохраняет аромат, остерегайтесь подделок. Если же к опилкам добавить репы, сахара и покрасить анилиновым розовым – вы, господа, сможете намазать на тост малиновый джем.
– Это не так сложно как кажется, – жена профессора поправила очки на своем маленьком носу. – Я могу объяснить. Смотрите: у исходного вещества, представляющего, по сути, неплохое сырье, недостает молекулярной массы. Необходимо нечто, что могло бы ее увеличить. Вспомогательное вещество. То есть, в нашем случае речь тоже идет о веществах-полимерах. В свою очередь, слишком большая молекулярная масса бакелита…
– Лопни моя селезенка! – пробормотал М.Р.
Д.Э. не сказал ничего.
– Простите, увлеклась, – покаялась Люси. – Я хочу сказать, растворение полимера происходит через стадию набухания. А вообще говоря, у меня в сумочке есть конфеты. Может, выпьем кофе?
– Конечно, – откликнулся Найтли. – Чай, кофе, коньяк – все, что пожелаете!
– Из опилок? – поинтересовался Джейк.
– Нет, – порозовел профессор, – употреблять я предпочитаю все-таки натуральные продукты.
После кофе оказалось, что уже почти полночь. Оперу отложили.
– …и какие все скучные люди! – горячо говорила миссис Найтли.
– Да! – восклицал Д.Э. Саммерс.
– Все интересное называют пустыми фантазиями!
– Да!
– А ведь жизнь ничуть не изменилась! Даже киоскер может быть в душе покорителем морей! И только попробуйте со мной поспорить!
Джейк аж поперхнулся.
– Миссис Найтли, – сказал он, – да я в жизни ни с кем не был так согласен!
Дюк покосился на профессора, опустил взгляд в пустую рюмку от коньяка, которую профессор немедленно наполнил, и запустил пальцы в кудри.
Тем временем Д.Э. разливался соловьем.
– …а Жюль Верн предсказал многие технические открытия.
– Например, аэроплан! – воскликнула жена профессора.
Пауза затягивалась. «Волнуется, – понял Дюк. – У меня у самого в таких случаях память отшибает. Ведь вместе “Скрибнерс” читали, еще в Сан-Франциско!»
– Подводную лодку, – помог он. – А также Эйфелеву башню.
– Электрический стул, – продолжил Джейк. – И…
– И я уверен, что нам предстоит еще увидеть воочию аккумулирование летнего тепла, – продолжал вместо него М.Р.
– Использование токов земной коры…
– …поиски затонувших городов, управление погодой, и…
– …множество других вещей, которые сегодня представляются не более чем праздной выдумкой, – закончил тираду Джейк.
И, не удержавшись, прибавил: