Читаем Клео. Как одна кошка спасла целую семью полностью

— Ты уверена, что здесь нет чудовищ? — спросил он, опасливо поглядывая под кровать.

— Совершенно уверена.

Не время сейчас объяснять малышу, где прячутся самые страшные чудовища. Они коварно находят укрытие в наших же головах и выжидают мгновений, когда мы бываем особенно уязвимыми, — перед сном, во время болезни или когда на душе тяжко.

— А можешь проверить?

— Я уже заглядывала под кровать. Несколько раз.

— Посмотри еще раз…

— Хорошо. — Я нагнулась и еще раз полюбовалась на клубы пыли, ловко скрывавшиеся там от пылесоса.

— А за занавесками?

Взяв Клео — что это я все время ношу ее на руках? — я отогнула угол занавески. В далеких городских огнях я впервые различила проблеск надежды. Или нет? Может, они просто жестоко издеваются, смеются над моей надеждой, что сегодняшняя ночь принесет хоть небольшое облегчение?

— Чудищ нет, — сказала я, плотно задергивая занавески. — Ну а теперь спокойной ночи, милый мой малыш. — Я потрепала его по волосам и поцеловала в лоб, вдохнула аромат его кожи.

Удивительное дело, каждый ребенок появляется на свет со своим неповторимым запахом, и каждая мать его отличает. Я подумала: интересно, понимает ли Роб, насколько сильно сейчас, в эти мгновения, моя жизнь зависит от него? Если бы не его мужество — пример для подражания — и не то, что он во мне нуждается, я бы, пожалуй, не справилась с искушением навсегда заглушить боль с помощью бренди и нескольких флаконов снотворного.

— А в шкафу ты проверяла?

— Там ничего нет, кроме футбольных мячей и курток.

— А можно мне теперь взять Клео?

Котенок. По праву это котенок Роба. Когда я опустила пушистый комок Робу на сгиб левой руки, мальчик вздохнул и поднес палец ко рту. У них с Клео много общего. Когда жена лишается мужа, ее называют вдовой. Дети, потерявшие родителей, зовутся сиротами. Насколько мне известно, нет специального слова для тех, кто потерял сестру или брата. Но если бы такое слово существовало, его можно было бы отнести и к мальчику, и к котенку.

С самого рождения их жизнь наполняли неуклюжие объятия, игры и потасовки, шум и тепло своих братьев. А теперь, оставшись без них, оба они чувствуют себя одинокими и потерянными. И все же, оба они полны жизни и храбры. Лучший выход для них сейчас — покрепче прижаться друг к другу и вдвоем нырнуть в ночь, твердо веря в то, что утро вечера мудренее.

Я выключила свет и в темноте мысленно прокрутила в голове события дня. Все было пронизано болью — острой и непреходящей болью жизни без Сэма. И все-таки, с невольным чувством вины я вдруг осознала: последние двадцать четыре часа не были сплошной мукой.

Конечно, предстоит еще уговорить Стива, но пока Клео, надо признать, показала себя очень воспитанным, достойным котенком.

<p>6</p><p>Пробуждение</p>

Любой котенок знает: радоваться куда важнее, чем жалеть себя.

— Ааааа! Помогите!

Я проснулась от того, что кто-то больнейшим образом пригвоздил мои волосы к подушке. Дикий зверь атаковал мой скальп, когтями вцепился в волосы и при этом жутковато чавкал. Не иначе, из телефильма о природе сбежал лев или тигр. Кто бы это ни был, меня явно перепутали с антилопой и готовятся сожрать. А судя по тяжелому рыбному запаху изо рта, он не брезгует и водными млекопитающими.

— Это всего-навсего Клео, — хихикал Роб.

Клео? Как же в считанные часы котенок мог превратиться в монстра, пожирающего женщин?

— Сними его скорее! — крикнула я.

— Клео не «он», а «она», — поправил Роб, выпутывая котенка из моих волос и осторожно опуская его на пол.

Едва коснувшись ковра задними лапами, Клео оттолкнулась и мигом снова вспрыгнула на кровать. И как этому мелкому существу удается подскакивать на высоту в несколько раз больше ее роста? Она была подобна олимпийскому чемпиону по прыжкам с шестом, только без шеста. Может, ей в задние лапы хирургическим путем имплантировали пружины? Со вздохом я снова поставила Клео на пол. Сверкая глазами, растопырив уши, громадные, как крылья, она снова взлетела, как мячик. Кажется, она решила, что с ней играют. Никакого уважения к тому факту, что она попала в семью, где скорбят, что едва ли мы когда-нибудь оправимся от удара, нанесенного судьбой.

— Нееееет! — заорала я, заслоняясь подушкой вместо щита.

Клео ликовала и была очень довольна собой. Глядя на нее, можно было решить, что она первой в мире изобрела игру под названием «атакуем шевелюру хозяина и запрыгиваем на кровать снова и снова». Если подумать, так оно, пожалуй, и было. Подушка не защищала: Клео просто зарывалась под нее. Я опять сняла ее на пол. Она вспрыгнула на кровать. Вниз. Вверх. Вниз. Вверх. Этот танец может продолжаться все утро, если я ничего не предприму.

Перейти на страницу:

Все книги серии Клео

Кошки-дочери. Кошкам и дочерям, которые не всегда приходят, когда их зовут
Кошки-дочери. Кошкам и дочерям, которые не всегда приходят, когда их зовут

«Кошки приходят в жизнь людей с определенной целью. Многие из этих волшебных созданий обладают даром исцеления. Когда почти тридцать лет назад у нас появилась Клео, мы были раздавлены горем после гибели моего старшего сына…Кажется, Клео сразу поняла, что попала к нам в непростое время. Играми, мурчанием и просто тем, что все время была рядом, Клео помогла Робу научиться жить без старшего брата. Тогда я впервые своими глазами увидела, как животные умеют исцелять».Так началась история дружбы кошки Клео и семьи Хелен, которая длилась много лет. Двадцать пять лет спустя, когда у Хелен снова начались трудности, в ее жизнь ворвался сиамский (предположительно!) котенок…

Хелен Браун

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги