Во-первых, китайское население элементарно спаивало наших солдат. Поймать советского воина, а еще лучше целое подразделение, посадить за стол и налить по самое горло их водкой-гаоляновкой — это как вид спорта был у китайцев в 1945 году. Но даже не это было основным в запрете. Дедушка рассказывал, что политработники их пушечно-гаубичного артиллерийского полка, в котором он служил, постоянно вели беседы с солдатами, объясняли им, почему не стоит при дислокации в китайских населенных пунктах покидать расположение подразделения — ходить смотреть, как живет местный народ. Любого советского солдата китайское население встречало как самого долгожданного родственника, сразу воина брали «в плен», почти насильно усаживали за стол и на этот стол волокли всё, что только было съестного в деревне. Резали свиней, забивали птицу, варили котлы риса, начинался пир. Вот политработники и разъясняли: «Китайцы вам рады, встречают как братьев, накормят-напоят, но вы уйдете, а они потом будут голодать. Посмотрите, как они бедно живут, для них плошка риса — это почти единственная пища на весь день, если они вас накормят, то потом им нечем будет кормить и своих детей».
Мой дед много чего на своем веку повидал. Но когда вспоминал о том, как встречал китайский народ Советскую армию в 1945 году… По его словам, лучшей нации, чем китайцы, в мире не было. Все остальные — хитрожопые, он говорил, а китайцы — как русские.
Для меня это было удивительно, по молодости я думал, что дед старый и необразованный, поэтому не понимает, что китайцы хотят завоевать Сибирь и Дальний Восток, они наши враги. А Павел Карпович рассказывал, что его самый любимый командир, Клим Ворошилов, наших восточных соседей ставил даже выше, чем братьев-славян. И Сталин с Мао Цзэдуном тоже друг друга уважали, и пока не умер Вождь, весь советский народ знал, что «русский с китайцем — браться навек»…