— Тогда начинаем, — он мысленно улыбнулся. — Упор лежа принять! — Аррой снова сверкнул улыбкой и послушно опустился в требуемое положение. — Приступить к выполнению упражнения Отжимание, — продолжил Алекс. — Раз! Прослушать распорядок дня. Шесть ноль-ноль: подъем. Два! Шесть ноль пять, физзарядка. Три!..
— И хватит пока, — решительно перебил Аррой и встал. — Все-таки одежду мне обещали выдать, и запасную футболку я взял только одну.
— В нашей части есть туалеты. В них имеются раковины и мыло, — наставительно ответил Алекс и вздохнул: Аррой был прав, переодеть его было нужно. Бок предсказуемо отозвался болью. — Идем. Сделаем тебя похожим на солдата, — и алчно глянул на не по-уставному длинные волосы актера, щегольски уложенные мягкими волнами. Жаль, что нельзя прогнать его через санприемник и одарить милой сердцу стрижкой под ноль.
По дороге к хозблоку Аррой с интересом все разглядывал, да и на него косились, особенно новобранцы. Не раз и не два Алекс заметил в их глазах узнавание, да еще и восхищение вдобавок. Это раздражало.
Форма села на Арроя вполне неплохо, и тот удивительно споро в нее запаковался.
— Мне уже приходилось играть военных, — пояснил он. — Так что не совсем уж я мясо.
— Ты — актер! — отрезал Алекс. Часы на его руке тихонько запиликали, означая время приема антибиотиков. — Ни мясо, ни рыба. Идем, покажу твой персональный люкс, — проговорил, вспомнив, что оставил лекарства в тумбочке. — И сумку заодно там оставишь.
Но до казарм дойти без приключений не удалось.
— Эй, Крюгер! — окликнул его один из ротных. Имени его Алекс не знал, но все звали его Кеб. — Ты же сейчас с медбратьями якшаешься? Нет у тебя чего боль приглушить? Зуб, мать его, болит, а вечером выкладка.
— Найду, — коротко бросил Алекс и кивнул ему идти за ними.
— Привет, — Аррой улыбнулся ему, а Кеб смерил было его неприязненным взглядом, но почти сразу застыл на месте.
— А вы случайно не… — начал он.
— Оставить разговоры! — рявкнул Алекс во весь голос. Они как раз зашли в помещение, дежурный немедленно шарахнулся к стене.
У себя в комнате, а точнее, в тесной каморке на четыре койки, Алекс выдал Кебу таблетки и немедленно выпроводил его за дверь.
— Думаю, мне нужно постричься, — огорошил его Аррой. — Только желательно все же не налысо.
— Лучше тебе ночевать отправиться в собственную кроватку на шелковые простыни и пуховую перинку, — рявкнул Алекс и щелкнул блистером, выдавливая таблетку. Тщательно разжевал и запил водой. Потом поморщился и достал еще одно лекарство. Как лепетал салага-медбрат, чтоб понос после антибиотиков не заколебал. Придирчиво оглядел внушительную капсулу и с огромным трудом проглотил. — Парикмахерская работает по понедельникам и субботам, — сообщил сухо пристально наблюдающему за ним Аррою.
Аррой кивнул, ничего не ответив — похоже, наконец смекнул, что Алекс не разыгрывает представление, а вполне искренне ему не рад.
— Итак, — он бросил сумку на кровать. — Что… — начал было, но вопрос повис в воздухе — в кармане громко запиликал телефон. — Сейчас, минутку… Да!
Алекс в два шага оказался рядом с ним и резко дернул за руку с телефоном, заламывая ее за спину. Аррой охнул, одарил его взглядом, полным недоумения пополам со злостью.
— Правило номер два, — поучительным тоном начал Алекс. Надавил чуть сильнее, чтобы трубка выпала онемевших пальцев. — Ты, актер, находишься на территории действующего военного объекта. И на этом объекте запрещены любые несанкционированные электроприборы и любая электроника. Средства связи и фото-видеоаппаратура тем более, — резко толкнул Арроя от себя и поднял телефон. Быстро раскрыл, вытащил аккумулятор и бесполезный прибор бросил на кровать. — Пояснение понято?
— Знаешь, это все прекрасно, но у меня вообще-то работы по горло, которую тут я могу делать только по телефону, — Аррой раздраженно передернул плечами, но потом буквально стер с лица раздражение и кивнул. — Ладно, перебьются, — продолжил уже спокойно. — Будем играть по правилам. Так что… — тут он осекся и уставился на футболку Алекса. — Это что, кровь?..
— Блядь! — выругался Алекс и опять полез в тумбочку. — Ну блядь же! — выдохнул, задрав футболку и отодрав пластырь.
Впрочем, все было не так страшно. Лопнула только-только начавшая срастаться кожа, но нитки все так же торчали, стягивая длинный разрез вдоль ребер. Алекс вытер салфетками кровь, щедро залил рану медицинским клеем и налепил чистый пластырь.
Точнее, попытался налепить, но Аррой удержал его за руку.
— Ты же его потом не сдерешь! — сказал едва ли не с ужасом. — Приклеится. Дай сначала застыть.
— Сам отвалится через неделю, не впервой, — отмахнулся Алекс, но не стал вырываться. Аррой явно был настроен причинять добро, а растревожить рану еще больше не хотелось совсем. Они стояли так несколько секунд, пока Аррой не сообразил отпустить, а потом Алекс свободной рукой провел по подсохшему шву и прилепил треклятый пластырь. — Пошли, — сказал, переодевшись, — через пять минут ужин.