Читаем Книга привидений(СИ) полностью

Когда Бетти открыла глаза, церковные колокола весело перезванивались. Она подняла веки, повернула голову на подушке и увидела - невесту, в подвенечном платье, под белой вуалью, с букетом цветов, сидевшую рядом. Снятые перчатки лежали на коленях.

Невыразимый ужас сковал ее. Она не могла произнести ни звука. Она не могла пошевелиться. Она могла только смотреть.

Невеста приподняла вуаль, и Бетти увидела лицо - бледное лицо своей умершей сестры Летиции.

Видение опустило руку и улыбнулось ей.

- Не бойся, - сказала Летиция. - Я не причиню тебе никакого вреда. Я очень люблю тебя, Бетти. Я вышла замуж под твоим именем; я принесла клятвы от твоего имени; обручальное кольцо на моем пальце - это твое кольцо, оно не принадлежит мне. Теперь ты жена Чарльза Фонтанеля, ты - не я. Выслушай меня. Я расскажу тебе все, и больше ты меня никогда не увидишь. Я больше не буду беспокоить тебя, и обрету, наконец, покой. Я исчезну, останется только это подвенечное платье. Выслушай же меня. Когда я умирала, я была в отчаянии, что у меня никогда не было и не будет радостей в жизни. Мое последнее отчаяние, последние сожаления были о том, что мне никогда не узнать, что такое блеск и суета.

Она замолчала, сняла золотое обручальное кольцо и надела его на палец Бетти.

После чего продолжала.

- Когда душа моя отделилась от тела, то некоторое время оставалась в нерешительности, не зная, куда лететь. Затем, вспомнив слова моей тетки, которая говорила, что мне никогда не попасть на небеса, я решилась пойти ей наперекор; я взлетела и оказалась у врат рая. Возле них стоял ангел с обнаженным пылающим огнем мечом в руке; стоило мне подойти, он преградил мне им путь. Я сделала шаг, тогда он направил меч мне в грудь; и когда клинок коснулся моего сердца, я почувствовала острую боль, но не поняла, боль ли это успокоительная, или осуждающая. Затем он сказал мне: "Летиция, вы не всегда вели себя как полагается хорошей девочке; вы впадали в уныние, обижались, противились, а потому не можете войти в эти врата. То, о чем вы сожалели, когда настал ваш черед оставить земную юдоль, были сожаления о ней, о блеске и суете. Вы не раскаялись, когда сердце ваше переставало биться. Но поступки ваши были вызваны в огромной степени ошибками, допущенными при вашем воспитании. Теперь, вам следует принять решение. Вы не сможете войти в эти врата до тех пор, пока не вернетесь на землю и не познаете блеск и суету того мира. Что же касается этой старой кошки, вашей тетки, - нет, Бетти, конечно, он так не сказал; это могла бы сказать я, но я тоже этого не сказала. Я не хотела обижать ее, я не желаю ей ничего дурного. Она воспитывала меня так, как считала правильным, она старалась просветить меня, но, увы! то, что ей казалось светом, для меня стало тьмой! Ангел же сказал: "Что касается вашей тети, перед тем как она сможет войти сюда, ей предстоит путь через чистилище, где она очистится и прозреет". Представь себе, Бетти, какую горечь и досаду предстоит ей испытать, ведь она не верит в существование чистилища и даже написала по этому поводу едкий памфлет. Мне же ангел сказал: "Возвращайся, чтобы познать блеск и суету". Я упала на колени и взмолилась: "О, позволь мне, хоть краешком глаза, увидеть то, что находится по другую сторону врат!" "Будь по-твоему", отвечал он. Он поднял свой огненный меч, и это выглядело так, будто ослепительная вспышка молнии озарила пространство. Врата приотворились, и я увидела то, что находится позади них. Краткий миг; затем меч опустился, а врата закрылись. С преисполненным печалью сердцем повернулась я и вернулась на землю... Это я, Бетти, брала и читала твои романы. Это я отправилась на бал к леди Бельгроув вместо тебя. Это я вместо тебя слушала Кармен в Королевском театре. Это я заняла твое место в лодке во время регаты в Хенли, услышала признание в любви от Чарльза Фонтанеля, испытала первый и последний поцелуй. И это я, Бетти, заняла сегодня твое место у алтаря. Я получила все, что предназначалось тебе: прекрасные платья, бал, оперу, ухаживание, гонки, чтение романов. Это я получила то, о чем мечтают все девушки - подвенечное платье и свадебный букет. Теперь для меня все кончилось. Я знаю, что такое блеск и суета, и я возвращаюсь на небо. Больше ты не увидишь меня.

- Летиция, - произнесла Бетти, поскольку сестра замолчала, - ты больше не желаешь получить от жизни ничего?

Та покачала головой в знак отрицания.

- Ты больше не хочешь блеска и суеты?

- Нет, Бетти, потому что я видела то, что находится по другую сторону врат.

Бетти протянула руку, попыталась обнять ее за талию и горячо прошептала:

- Скажи мне, Летиция, что ты там видела?

- Бетти, это было совершенно противоположное тому, о чем проповедуют в церкви Салема.





МАКАЛИСТЕР




Перейти на страницу:

Похожие книги

Происхождение русско-украинского двуязычия в Украине
Происхождение русско-украинского двуязычия в Украине

«Украинский язык — один из древнейших языков мира… Есть все основания полагать, что уже в начале нашего летосчисления он был межплеменным языком» («Украинский язык для начинающих». Киев, 1992).«Таким образом, у нас есть основания считать, что Овидий писал стихи на древнем украинском языке» (Э. Гнаткевич «От Геродота до Фотия». Вечерний Киев, 26.01.93).«Украинская мифология — наидревнейшая в мире. Она стала основой всех индоевропейских мифологий точно так же, как древний украинский язык — санскрит — стал праматерью всех индоевропейских языков» (С. Плачинда «Словарь древнеукраинской мифологии». Киев, 1993).«В основе санскрита лежит какой-то загадочный язык «сансар», занесенный на нашу планету с Венеры. Не об украинском ли языке идет речь?» (А. Братко-Кутынский «Феномен Украины». Вечерний Киев, 27.06.95).Смешно? Нет — горько сознавать, что вот таким «исследованиям» придаётся государственная поддержка украинских властей. Есть, разумеется, на Украине и серьезные филологические работы. Но, как мы увидим далее, они по своей сути мало чем отличаются от утверждений вышеприведенных авторов, так как основаны на абсолютно бездоказательном утверждении о широком распространении украинского языка уже во времена Киевской Руси.

Анатолий Железный , Анатолий Иванович Железный

Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Четыре солнца
Четыре солнца

«Четыре солнца». Так я назвал книгу, которую написал больше 30 лет назад. Она до сих пор не издана, хотя были собраны рецензии виднейших учёных: лауреата Государственной премии М. Л. Гаспарова, автора учебника древнерусской литературы В. В. Кускова, председателя Всесоюзного общества книголюбов Е. И. Осетрова. Неодолимым препятствием стало то, что я слишком многих невольно обидел, решив проблему, над которой бились 200 лет, написали 3000 работ, — раскрыл стихосложение «Слова о полку Игореве». А они-то чего тогда стoят, за что получают зарплату? Находка восстанавливает повреждённый переписчиками текст, читаются «тёмные места», и открылось столько нового! Слышны даже интонации и произношение автора. Книга нужна каждому школьнику, студенту и всем, в ней сведения о Киевской Руси, о походе Игоря, сама поэма, перевод с разъяснениями.

Виктор Васильевич Жигунов , Виктор Жигунов

История / Литературоведение / Языкознание / Образование и наука