- Можно вопрос, раз уж мы с тобой так много друг о друге поведали, - я подошёл к ней поближе, дождался, когда она закроет духовку и выпрямится, протянул руку к лицу.
- Давай, - она не отстранилась, наоборот, прижалась щекой к моей ладони.
- Почему ты не захотела избавиться от шрамов в нашем мире? – большим пальцем я провёл по её губкам, тут же задрожавшим от прикосновения. – Это было бы легко сделать с помощью эликсира.
Мгновение, и её лоб нахмурился, но отходить и увиливать от ответа она не стала.
- Чтобы помнить, - коротко обронила, глядя в сторону.
- Зачем? – нет, я понимал, что врагов нельзя забывать, потому что они могут нанести тебе удар в спину, стоит только расслабиться. Именно поэтому я предпочитал не оставлять их за спиной вовсе. - Есть же другие способы не забыть.
- Потому что когда каждый день видишь в зеркале результат твоей глупости, доверчивости, настраиваешься на нужный лад – не верить никому.
- Но со мной ты прокололась, - я поднял вторую руку, обнял её за талию.
- Не сразу и пока не до конца, - она смотрела прямо, не отводя в этот раз взгляд. – Но ты успел проникнуть мне под кожу.
- Я не предам, клянусь! – отпустил её, достал свой нож из-за голенища сапога, полоснул по ладони и торжественно произнёс: - ни мыслью, ни словом, ни делом я тебя никогда не предам, не причиню вреда, не сделаю больно!
О, видели бы вы её глаза.
- Ёпачкин пистон! Ну, зачем же так радикально?! – она прикрыла рот рукой, словно боялась продолжить ругаться куда более крепкими словами.
- Зато честно и с гарантией, - пожал я плечами.
- Ох уж эти варвары, - закатила она глаза, но я-то видел, что подействовало.
Она явно впечатлилась, а значит, до полного доверия рукой подать.
- У тебя есть чем руку перевязать? – невозмутимо спросил я.
- Да, причём надо не только перевязать, но и обеззаразить. Вот чем ты думал, когда это делал? Тут же куча иномирных микробов, а ты вздумал кровь пускать! Где-то у меня была перекись и зелёнка, а вот насчёт бинта не уверена… Блин, неужели придётся в аптеку бежать?
- Зато теперь между нами больше нет недомолвок, - поставил я жирную точку в этом вопросе.
Армария
- Признавайтесь, куда вы девали Урлуха? – Беренгария стояла над пришедшими в себя после буйной ночки королями и притопывала ножкой.
Они лежали под кустом сирени, изрядно пострадавшем от руки садовника в пору его душевного смятения. Души королей сейчас тоже были далеки от спокойствия.
- Нет, ты посмотри на этих алкоголиков! – вторила ей Алёна. – Мы, значит, детей тут рожаем, кормим-воспитываем, а они…
- Мы поддержали нашего д-друга, - попытался восстановить подобие справедливости Крайлах.
- Более того – родственника! – вставил свои пять копеек Зигвальд, но тут же позеленел.
Ему стало плохо.
- Так поддержали, что теперь неизвестно, где он находится? – Беренгария нахмурила брови и еле сдержалась, чтобы не одарить любимого супруга волшебным пенделем.
- Размар точно знает, где он, - Крайлах перевернулся на живот, принялся подниматься на ноги.
Пошатнулся, ухватился за обкромсанные ветви, чуть снова не прилёг на землю.
- Вы что, утопили его в бассейне для ритуалов? – ужаснулась Алёна.
Нет, она знала, что Размар вряд ли бы такое допустил, но кто их, алкоголиков, знает?
- Не утопили, а проводили для беседы с Богом, - уточнил Крайлах, таки поднимая своё бренное тело.
Полностью выпрямиться ему пока не удалось, но более-менее вертикальное положение он принял.
- Ужасные армарийцы, - ехидно проговорила Беренгария. – Повелители морей, гроза для всех химер – покажи вас сейчас врагам, и они захлебнутся смехом.
- Да-да, и в энциклопедию их помятые лица – мол, правящая верхушка, все дела.
Конечно, женщины, на самом деле горячо любили своих супругов, просто не смогли удержаться – уж больно комично те выглядели.
- Между прочим, я впервые так напился со времён поисков Илладара, - буркнул Зигвальд, тоже пытаясь встать.
В отличие от младшего брата, без особого успеха.
- Подожди, надо сходить за эликсиром от похмелья, - Крайлах посмотрел на Беренгарию таким умоляющим взглядом, что та чуть не поддалась, но вовремя опомнилась благодаря Алёне.
- Вы ещё за пивком нас пошлите! – жена первого короля была неумолима.
Возможно, милосердие бы в них всё-таки проснулось, если бы они сами сегодня ночью выспались, но у малышей почти всю ночь болели животы, и вместе с нянями они скакали вокруг вопящих младенцев, как горные козы вокруг извилистого ручья. У Беренгарии пока не получалась целительная магия, нужное зелье, как назло, закончилось, а Крайлаха они найти не смогли, как и Зигвальда. Лишь чувствовали отголоски хмеля и некоторой дезориентации, что вызывало только злость, потому что ситуация патовая. Из-за этого и связь плохо работала, не позволила найти им свои пары.
Утром королевы пошли в сад, чтобы нарвать нужных трав, обнаружили пропажу Уруха, зато таки нашли своих мужей, спящих под кустом. Это оказалось последней каплей.