Читаем Комм Атребат полностью

Комм прожил целый год, скрываясь по атребатским лесам. Там он был в полной безопасности, потому что галлы ненавидели римлян я, подчиняясь им, питали большое уважение ко всем, кто им не повиновался. Окруженный своими приближенными, он жил на реках и в лесной чаще жизнью, не особенно отличавшейся от той, какую он вел, будучи вождем новых племен. Он занимался охотой и рыбной ловлей, обдумывал хитрые планы и пил перебродившие напитки, которые, доводя его до утраты понимания здешних вещей, сообщали ему познание вещей божественных. Но душа его изменилась, он страдал оттого, что больше не чувствовал себя свободным. Все вожди племен или были убиты в боях, или умерли под розгами, или были связаны ликторами и отвезены в римские тюрьмы. К ним у него не было прежней острой зависти, и теперь всю свою ненависть он приберегал для римлян. Золотой обруч, некогда полученный им в качестве друга римского народа и сената от диктатора, он привязал теперь к хвосту своего коня. Своим собакам он давал имена Цезаря, Кая и Юлия. Завидев борова, он звал его Волузением и бросал в него камнем. Он слагал песни в подражание тем, которые слыхал в своей молодости, и в сильных образах выражал ими любовь к свободе.

Случилось однажды так, что, охотясь за птицами, один и далеко оторвавшись от своих приближенных, он пересек высокое, поросшее вереском плоскогорье, которое господствует над Неметоценой, и с изумлением увидел, что хижины и частоколы его города снесены, а в кольце стен возвышаются портики, храмы и дома чудесной архитектуры, которые внушали ему отвращение и страх, вызываемый колдовством, так как он не думал, что эти жилища могли быть возведены в столь малый срок естественными средствами.

Он забыл об охоте на птиц в вереске и, лежа на красной земле, долго рассматривал странный город. Любопытство, сильнее страха, не давало закрыться его глазам. И до самого вечера он созерцал это зрелище. Тогда в сердце его вошло непреодолимое желание проникнуть в город. Под камнем в вереске он спрятал свои золотые ожерелья, браслеты, пояса, усаженные драгоценными камнями, и охотничье оружие; скрыв под плащем только нож, он спустился по лесному откосу. Проходя сырой чащей, он набрал грибов, чтобы принять вид бедняка, идущего продавать на базаре свою добычу. И на третьей страже он вошел в город через Золотые ворота. Они охранялись легионерами, которые пускали крестьян, приносивших съестные припасы. Таким образом царь атребатов, принявший вид бедняка, смог легко проникнуть на улицу Юлия. Она шла среди вилл и вела к храму Дианы, белый фронтон которого возвышался украшенный пурпурными, синими и золотыми орнаментами. При сером освещении рассвета Комм увидал изображения, написанные на стенах домов. То были воздушные образы танцовщиц и отдельные части какой-то повести, ему не ведомой: юную девственницу приносили в жертву героям, безумная мать поражала кинжалом своих грудных младенцев, козлоногий человек насторожил удивленно свои заостренные уши, обнажив спавшую деву, которая казалась одновременно и мальчиком и женщиной. Во дворах были другие картины, которые учили любить способами, неизвестными народам Галлии. Хотя он страстно любил вино и женщин, тем не менее он ничего не понимал в авзонийском сладострастии, так как не имел ясного представления о разнообразии форм тела и не мучился желанием красоты. Явившись в этот город, некогда принадлежавши ему, удовлетворить свою ненависть и насытить свой гнев, он питал в сердце своем только чувство ярости и отвращения. Он считал омерзительным искусство латинян и таинственные ухищрения живописцев. И во всех сценах, изображенных под портиками, он мало что различал, потому что глаза его знали хорошо только листья деревьев да тучи темного неба.

Со своими груздями в складке плаща он проходил по улицам, устланным широкими плитами. Под воротами, над которыми был водружен фалл, озаренный маленьким светильником, он увидал женщин, которые были одеты в прозрачные туники и подстерегали прохожих. Он приблизился в намерении учинить какое-нибудь насилие. Явилась старуха и злобно зашамкала:

— Иди своей дорогой! Это тебе не дом для мужиков, от которых воняет сыром. Пошел к своим коровам, волопас.

Комм ответил ей, что у него пятьдесят жен, самых красивых атребатских женщин, и сундуки, до верха полные золота. Прелестницы расхохотались, а старуха заорала.

— Проваливай, пьяница!

И даже старуха казалась центурионом, вооруженным виноградной лозой, — настолько сияло в Империи величие римского народа.

Комм кулаком размозжил ей челюсть и спокойно удалился, в то время как узкий коридор дома наполнился пронзительными криками и жалобными завываниями. Он оставил влево от себя храм Дианы Арденской и между двойным рядом портиков пересек Форум. Узнав на мраморном подножии римскую богиню, голова которой была покрыта шлемом, а рука простерта, повелевая народами, он, с целью оскорбить ее, сделал перед ней наиболее гнусное из естественных отправлений.

Перейти на страницу:

Все книги серии Клио

Похожие книги