Власть отождествляют с ее средствами – управлением, руководством и регулированием, с ее методами – принуждением, убеждением, насилием. Действительно, сама власть выступает в виде управления, управление – в виде власти. Но управление не есть функционирование власти. Управление, как подчеркивает Б. И. Краснов, шире, чем власть. Власть – элемент управления, источник силы управления. Процесс управления представляет собой процесс реализации властной воли для достижения цели властителя. Управление же является средством, при помощи которого целенаправленное воздействие власти из возможности превращается в действительность.[67]
Одно из наиболее распространенных представлений о власти – понимание ее как принуждения. Как считает М. Байтин, власть безотносительно форм своего внешнего проявления, в сущности, всегда принудительна, ибо так или иначе направлена на подчинение воли членов коллектива господствующей или руководящей в нем единой воле.[68]
Отрицать то, что власть проявляется в процессе подчинения, принуждения воли какого-либо субъекта, было бы некорректно. Вместе с тем считаем, что сводить сущность властных отношений только к насилию и принуждению было бы неправильно. К сожалению, это свойственно было марксистской традиции политической мысли. Констатация К. Маркса – «насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым»[69] – превратилась в императив революционного мышления и действия. Свести властные отношения только к насилию не позволяют, на наш взгляд, следующие основания. Во-первых, власть, базирующаяся на насилии – не эффективна, поскольку требует больших средств для организации контроля за исполнением приказов и, во-вторых, недолговечна (большие империи, созданные средствами насилия и существующие благодаря страху, распадаются в любой удобный момент). При насилии власть оказывается неполной: субъект не всегда достигает поставленных целей, колоссальные трудности возникают в связи с преодолением сопротивления других людей. Все это свидетельствует не о триумфе власти, а о ее ущербности.Наиболее стабильной является власть, выстроенная на общем интересе. В этом случае личная заинтересованность побуждает подчиненных добровольно выполнять распоряжения субъекта власти, делая излишним непрерывный контроль и применение санкций. Такая власть способствует развитию у людей других типов позитивной мотивации подчинения – повиновения на основе убежденности, авторитета и идентификации.
Анализируя понятие «власть», нельзя не остановиться на ее типологизации. Так, по
Наше внимание в контексте определения основ политического многообразия приковано к политической власти, как власти, находящейся в особом отношении ко всем другим видам власти и властным отношениям в обществе и включающей их в себя.
Очевидно, политическая власть существовала не всегда. По мнению ученых, в примитивных обществах, т. е. в обществах, социально не структурированных, общая власть еще не носит политического характера, так как нет проблем, которые вызывают к жизни политику, – проблем достижения согласия. Политическая власть возникает в обществе, где люди разделены разными интересами, неодинаковым социальным положением. В примитивном обществе власть ограничена родственными племенными связями. Политическая же власть определена пространственными, территориальными границами. Политической властью обеспечивается порядок на основе принадлежности человека, группы к данной территории, социальной категории, приверженности идее. Осуществляемая всегда меньшинством, элитой, политическая власть возникает на основе соединения процесса консолидации воли множества, функционирования структур (учреждений, организаций, институтов), взаимосвязи двух компонентов: людей, сосредотачивающих в своих руках власть, и организаций, через которые власть концентрируется и реализуется.