То есть, это он по моему приказу Гарри грохнул?! А если мы попробуем так?
— Все сюда, я его вижу! — сиплый голос пронесся над лагерем.
Рейдеры бросились к главарю. А тот, послушный моей воле, встретил их двумя пистолетными выстрелами.
— Ах ты тварь!
— Боб, мы свои!
— Какого хера?!
Бандиты вопили, бросаясь в стороны от главаря. Я же отрубил стелс, чтобы не сжечь батарею раньше времени, и заметил, как покраснел контур рейдера.
— Чо происходит, вашу мать?! — вовсю глотку заорал он, вертя башкой по сторонам. — Какого хера тут случи...
Договорить ему не дал подкравшийся за спиной волов подчиненный с ржавым револьвером в руке. Боб выронил пистолеты и рухнул наземь.
— Мама, посмотри, как я могу, — выдохнул я, все еще охваченный эйфорией от произошедшего.
Пока я тупо пялился на лагерь, бандиты сбились в кучу. Опасливо следя друг за другом, они с матом и проклятьями обсуждали внезапное безумие главаря.
Я же ощутил резко накатившую слабость. Из меня словно все кости выдернули, превратив в желе – не броня, сейчас бы растекся лужицей в кустах. Тряхнув головой, сконцентрировал взгляд. Мужики разбились на пары и, внимательно следя друг за другом, осматривали поле боя.
— Я тебе говорю, хрень какая-то, — донесся до меня нервный шепот приближающихся рейдеров.
Осторожно направив ружье в сторону подходящих бандитов, я замер.
— Думаешь, контролер? — не менее тревожно отозвался второй, облизывая разбитые губы. — Тут же нет мутантов, кордон «Стальные» держат серьезный.
— А что это еще может быть? Взял Боба под контроль, тот и начал резню. Нахер нам было Гарри убивать? Они же двоюродные братья были. А ты сам знаешь, наш Боб за семью готов был любого урыть. А тут – нож в затылок...
— Да, ты прав, херня выходит, — немного подумав, согласился второй.
Они прошли в метре от меня, даже не заметив. Точнее, вообще не глядя в мою сторону. Медленно опустив ружье, я постарался двинуться за ними, но тут же замер.
Оба остановились, настороженно вертя головами.
— Ты это слышал? — едва различимо пробормотал первый.
— Ага, тварь какая-то затаилась, — подтвердил другой, нервно взводя дробовик.
И тут случилось то, чего мы ожидали меньше всего. Из кустов раздался мощный звериный рев, а следом – вылетел разъяренный огромный медведь. Распахнув лапы, он единым взмахом переломал двух взрослых мужиков, как чертовы тростиночки, и бросился к лагерю.
Что за чертовщина твориться? Надо уносить ноги отсюда, пока и меня не нашел. Или хищник на кровь примчался – так я ей не меньше обляпан, чем стоянка.
Дальнейшие размышления были прерваны грохотом выстрелов, яростными криками и злобным ревом. Я дождался, пока все стихнет, прежде чем начать двигаться. Конечности затекли, их нещадно покалывало, но я все же нашел в себе силы приготовиться к возможному бою.
Послушав несколько минут благословенную тишину, я вышел из кустов, держа винтовку наготове. Но практически тут же отпустил нервы. Такое перенапряжение кого угодно убьет раньше срока.
Медведь закончил то, чего не смог я. И благородно уступил мне трофеи, позволив себя застрелить. Лежащий прямо под ним рейдер скреб пальцами землю, пытаясь выбраться из-под тяжелой туши.
Увидев меня, мужик застонал и окончательно затих. Все, отбегал свое.
Хмыкнув, я еще раз осмотрел поле боя. О том, чтобы переть караван обратно в Олл-Три и речи быть не может – волы, как один, полегли под когтями лесного хищника и шальными выстрелами. А тащить на себе такой груз никакая броня не позволит.
Убедившись, что выживших не осталось, я перевел дыхание и побежал в Олл-Три. Первая вылазка, можно сказать, удалась. А еще – моя способность «убеждать» окружающих получила, наконец, объяснение.
Теперь понятно, почему Джеймс со мной не спорил – мое «Ментальное подавление» просто глушило его нахрен. В памяти вспыли еще несколько эпизодов, когда Марта соглашалась с моими словами и доводами.
Как там сказали, контролер? Что ж, ничуть не хуже, чем набивший оскомину Кар. Так и буду теперь представляться.
Глава 3
Олл-Три напоминал растревоженный улей. Кто-то суетливо бегал по деревне, кто-то таскался с ружьями наперевес, готовясь то ли к войне, то ли к охоте. Другие наскоро освобождали хозяйские склады, выкатывая пустые бочки и растаскивая их по домам. Мимо прошмыгнул мелкий пацан, тащивший на спине капающий кровью мешок – не иначе, народ потрошит общинный холодильник.
Джеймс, сперва не поверивший в предательство Гарри, долго орал гневными и очень грязными словами, когда я воспроизвел записанный нейроинтерфейсом разговор. Собственно, о самой функции записи я узнал уже постфактум, когда женский голос в моем сознании предложил проиграть ее хозяину брони.