– Хорошо. – Он поцеловал меня в затылок.
Через пару минут я услышала, как он стал похрапывать. Как мило!
– Я был взрослым не по годам ребенком и уже в шесть лет твердо решил, что стану футболистом. – Андрей сделал паузу и внимательно посмотрел на меня. – Банально?
– Да, – цинично кивнула я. – Типичный и слишком приторный ответ, тем более для западных журналистов. Не обижайся.
– Я и не обижаюсь, – обиженно заметил Андрей.
За тонированными стеклами такси мелькало яркое дневное солнце, которое бежало по улице вслед за нами, прячась и выныривая из-за домов.
– Прости, – я погладила его по руке. – Я все-таки твой пиарщик, а не фанатка, а потому подхожу к твоим словам с долей цинизма.
– Очень жаль, – он улыбнулся. – Доля фанатизма тебе бы тоже не помешала.
– Я фанатично настроенный пиар-агент, – нашла я компромисс. – Я, конечно, ничего не понимаю в скоростном дриблинге и все такое, но точно знаю, что в основании любой мечты, особенно детской, лежит красивая история. Просто постарайся вспомнить. Вспомни, что происходило, когда тебе было шесть…
Андрей задумался.
– Ты знаешь, была одна история…
Я взяла его под руку и приготовилась слушать.
– Помню, мне было лет пять. Я был дома и смотрел из окна на то, как взрослые ребята, лет по восемь-девять, гоняют во дворе мяч. Сидел я, сидел и решил выйти и попроситься к ним. Пацаны с презрением посмотрели на меня, но они хорошо знали моего старшего брата и побоялись, наверное, что я ему пожалуюсь. Короче, меня взяли в игру. Но мяч не давали, а я чувствовал, что могу играть, – глаза Андрея стали влажными. – В общем, побегал я за мячом, побегал и… – Андрей сделал паузу.
– И что? – спросила я.
– Я ушел! – Андрей радостно посмотрел на меня. – Вот тогда-то я и решил, что обязательно научусь хорошо играть и эти самые ребята будут сами звать меня в игру.
– И звали потом? – спросила я.
– Да, – глаза Андрея мягко залучились. – Спасибо тебе.
– За что? – удивилась я.
– За то, что помогла вспомнить эту историю. Я на самом деле забыл о том случае, а ведь именно этот случай и направил меня на тот путь, которым я иду сейчас.
– Не за что! – я поцеловала его. – Теперь ты знаешь, что отвечать на вопрос «Почему Андрей Царев стал футболистом?».
Мы подъехали к белоснежному гольф-клубу, в стенах которого проходил благотворительный аукцион, возле которого уже собралась довольно внушительная толпа журналистов. Я попыталась плестись сзади за Андреем, чтобы особенно не отсвечивать, но он крепко взял меня за руку и повел рядом с собой.
– Господин Царев, – выскочил навстречу один корреспондент-француз. – Почему вы прибыли на аукцион на такси, а не как большинство гостей – на лимузинах?
– Я не хотел каким-то образом выделиться, – ответил Андрей. – Просто мне нравится местное такси, и я решил прокатиться на нем. Вот и все!
– У вас во всем такой демократический подход? – спросил журналист.
– Это не вопрос подхода, это стремление получать удовольствие от жизни. Во всем! – Андрей улыбнулся.
– Merci! – журналист растворился в толпе.
Из русских на этом аукционе помимо нас с Андреем были еще пять человек, двое из которых оказались крупными бизнесменами, две актрисы театра и кино и один известный певец, который в последнее время перекочевал с оперной сцены на эстраду и, видимо, решил пока на этом успокоиться.
С каждым из них Андрей был на «ты», а после того, как он представил им меня и мы выпили по бокальчику шампанского Crystal, я тоже стала на «ты» с людьми, за которыми еще вчера наблюдала только по телевизору.
Перед началом аукциона многим звездам предлагалось выступить с небольшой речью.
Мы сидели, уютно устроившись в бархатных креслах, когда с удивлением услышали имя Андрея. Присутствующие зааплодировали. Царев удивленно посмотрел на меня.
– А что делать? Иди, – тихо сказала я. – Скажи пару слов от сердца.
– От сердца? – переспросил Андрей, вставая с места.
Я закивала.
Король футбола прошел на небольшую сцену и наклонился к микрофону.
– Добрый день, дамы и господа! – бодро начал он на чистейшем английском. – Я одобрительно кивнула и приготовилась слушать, но Андрей замолчал.
Сердце у меня замерло. Я стрельнула глазами по залу. Гости ждали продолжения речи.