— Лолита Игоревна уже в тюрьме, — сказал Валентин, — но это долгая история, мы когда-нибудь тебе расскажем. А твою мать можно вполне привлечь как сообщницу. Теперь не ты у нее под колпаком, а она у тебя. Так и скажи ей: если не станешь мне мешать, будешь на свободе…
— Лиза счастливо заулыбалась, Алиса легко толкнула ее в бок.
— Родион любит тебя, в монастырь ушел…
— Я всегда знала, что любит… Эх, ребята, нельзя сомневаться, надо слушать свое сердце. Я только одного боюсь… вдруг из монастыря его уже не выпустят, если он принял постриг?
Валентин стукнул кулаком по столу.
— Надо будет, до самого верха дойдем! Он ушел туда из-за твоей смерти, а ты жива, значит, у него есть уважительная причина вернуться в мирскую жизнь.
— Я тоже так думаю, — кивнула головой Алиса.
Так за разговорами они провели еще два часа и, сморенные сном, уснули глубокой ночью. Алиса проснулась с первыми лучами солнца и посмотрела на счастливое, умиротворенное лицо Лизы. Ей показалось, что на нем появился румянец. Валентин свесился с верхней полки и тихо спросил:
— Теперь ты счастлива?
— Теперь да… хорошо, что все хорошо закончилось, — ответила ему Алиса, улыбаясь. — Это как бальзам на рану. Эти молодые люди победили монстра, организовавшего фабрику заказных убийств. Победила любовь!
— То ли еще будет! — многообещающе кивнул Валентин.