Полностью согласуются со сведениями В. П. Васильева о татарах Чынгыз хана, обитавших на западе Центральной Азии (а не в восточной ее части, вопреки утверждениям официальных историков «по монголам»), следующие данные, приведенные в работах С. Г. Кляшторного: «владения татар в Западном крае (Восточный Туркестан, северо-запад Китая. —
В «…«Худуд ал-алам», анонимной персидской географии X в., татары названы как соседи и союзники токузогузов, то есть уйгуров, а Восточный Туркестан назван «страной токузогузов и татар» (53
, 132).Дополним это замечанием В. В. Бартольда — применительно к теме данной главы — о том, что в том же «анонимном Худуд ал-алам татары также названы частью
тугузугузов» (уйгуров) (8, 559).«Весьма важны упоминания «чиновного лица (амга)», который «пришел от татар», в деловых письмах из Дуньхуана на тюркском и согдийском языках (конец IX–X вв.), интерпретированных Гамильтоном и Н. Симс-Вильямсом» (53
, 132).Также С. Г. Кляшторный приводит следующие сведения: Махмуд Кашгари «обширный регион между Северным Китаем и Восточным Туркестаном называет «Татарской степью… в IX–XII вв. на территории Ганьсу и в Восточном Туркестане существовало государство татар, известное и китайским дипломатам, и мусульманским купцам» (там же, 133).
Теперь понятно, где располагалась «отдаленная и пустынная страна», куда позже империя Цзинь направляла «войска для истребления и грабежа» татар, которых организовал для отпора и разгрома этой империи «Темучин», будущий Чынгыз хан (17
, 227, 228). Располагалась эта страна именно на северо-западе современного Китая и в Восточном Туркестане, «стране тогузугузов и татар».Теперь приведенные чуть выше данные С. Г. Кляшторного и В. В. Бартольда сопоставим со следующими сведениями В. П. Васильева — это из перевода «Записок о монголо-татарах» Мэн-хуна: «Земля, откуда явились татары, лежит на северо-запад от киданей, их поколение происходит от шато’сцев[75]
… в соседстве с ними находятся уйгуры» (там же, 216, 219).Мэн-хун также сообщает: «Между уйгурами был некто по фамилии Тянь, весьма богатый и ведший торговлю на огромные суммы, он часто посещал Хэбэй и Шан-дунь» (там же, 228). «Вместе с чжа’сцами[76]
он начал рассказывать татарам о богатствах», «подстрекая их к собранию войска и вторжению в Цзиньские пределы…». «И Темучинь, который уже питал неудовольствие за притеснения, вступил в пределы и, завоевав, истребил все пограничные места» (там же).Как видим, и «татары до Чынгыз хана», и «татары Чынгыз хана» — это один и тот же народ, этнос, будущие создатели державы монголов, про которых Мэн-хун отмечает также следующее: «У татар, как старые, так и молодые, и теперь все припоминают слова яньских разбойников (т. е. нючжисцев)[77]
, как они им говорили: «наше царство подобно морю, а ваше — горсти песку: куда же вам с нами справляться!» Только тогда уже, когда была взята западная столица, вздрогнули как царь, так и вельможи разбойников» (16, 228).Но не только в районе гор Иньшань и западнее, в Ганьсу и в Восточном Туркестане, «смешивались» тюрки-шатосцы и уйгуры с татарами. Причем «считали для себя достоинством относить себя к ним и называться этим именем» татар (87
, 102), как мы видели, с VIII по XII вв. и позднее.Оставшиеся от перехода к Иньшани в VIII — начале IX в.(808 г.) тюрки-шато — одна из их групп племя чумугунь — обитали западнее Тарбагатая и Алтая, сохранив самостоятельность. «После распада Западного Тюркского каганата и ухода части Чуйских племен на Восток в 808 г. этносы Восточного Казахстана и Западной Сибири были предоставлены сами себе до тех пор, пока там не сложилась новая держава» (35
, 224). То есть Кимакское государство (там же, 223–227).Как пишет В. В. Бартольд, персидский географ Гардизи (IX в.) называет татар также и частью кимаков, обитавших на Иртыше (8
, 559).И Махмуд Кашгари, применительно к данному случаю, указывает места обитания татар вместе с кимаками (йемеками) на реках Иртыш — Тобол (район примерно треугольника — Курган — Омск — место слияния Тобола и Иртыша; район Ишимской равнины и Зауралье).