Очевидно, кошка еще не утратила свои магические, божественные качества, ибо заранее предвидела опасность, а когда старый король стал к ней приставать, она сказала мужу: «Мы должны сейчас же покинуть этот дом». Следовательно, у нее до сих пор действуют и инстинкты, и магические представления о том, что следует делать. Но вслух она говорит одно, а делает другое. Она знает, что они с мужем должны быть настороже, поскольку им грозит опасность, но при этом они все равно едут во дворец к старому королю и она позволяет мужу отправиться на охоту, хотя точно знает, что старик-король начнет к ней приставать с сексуальными домогательствами. Как же понять ее странный образ действий?
У меня такое чувство, что она хочет бросить вызов старым законам, чтобы их ниспровергнуть, но предварительно заручиться оправданием. Если бы после ее спасения они с юношей просто счастливо жили в лесном дворце, то старый король с двумя старшими сыновьями продолжал бы править в другом королевстве. Но в результате того, что случилось, он погиб. Поэтому я думаю, что так проявляется типичная кошачья ментальность. Ее так и подмывало сказать «Это очень опасно», а отправившись туда, искать столкновения. Именно поэтому она дает пощечину старому королю. Теперь разберемся, что может означать желание старого короля отнять у младшего сына жену и самому на ней жениться.
У этого мотива есть несколько параллелей, но самую близкую параллель можно найти в сказке братьев Гримм «Фердинанд верный и Фердинанд неверный».[60]
В ней король дает задание главному герою, чтобы он нашел для него прекрасную принцессу, и когда тот ее завоевывает и привозит, чтобы передать королю, принцесса говорит: «Нет, я не хочу замуж за старого короля. Я хочу замуж за человека, который меня завоевал». И затем хитростью убивает старого короля и выходит замуж за молодого героя. В данном случае также происходит состязание между главным героем и старым королем, который хочет заполучить Аниму, прекрасную новую женщину. Однако в нашей сказке госпожа кошка уже является законной женой младшего королевского сына, а старик-король просто хочет отнять ее у сына силой и хитростью.В образе старого короля воплощается установка старого христианского сознания. И если старая сознательная установка хочет обладать заново возрожденной фемининностью, то можно увидеть определенное сходство с библейской Сусанной и развратными старцами.[61]
В литературе и искусстве эта тема хорошо известна. В реальности она существует, и все мы об этом знаем. В символическом понимании это значит наливать молодое вино в старые мехи. Король символизирует старую сознательную установку, которая стремится интегрировать или извлечь выгоду из обновления жизни, произошедшего в другой области. Он хочет ее ассимилировать и при первой возможности погубить. Выйдя замуж за старого короля, несчастная госпожа кошка через год превратилась бы в несчастную старую ведьму.Иногда можно видеть пятидесяти-шестидесятилетних людей, которые одеваются как хиппи, употребляют наркотики и делают все, что принесла с собой революция 60–70 годов XX века. Возникает чувство, что это старые короли, которые наивно пытаются жить как молодые, но у меня они просто вызывают смех. Однако встречаются и более сложные случаи. Например, как-то раз меня пригласили в христианскую академию теологов, которые не пользовались популярностью среди своих прихожан, и попросили прочитать лекцию по юнгианской психологии, чтобы люди снова пришли к ним церковь. А потом, когда церкви перестали пустовать, они меня выставили, понося юнгианскую психологию, и совершили длинную службу в прежней сухой и скучной манере, словно пытаясь использовать новую жизнь, чтобы заполнить старые храмы. Они произносили те же старые проповеди, что и всегда, которые не стала бы терпеть ни одна кошка.
Однажды к Юнгу пришел старый профессор теологии и попросил у него аудиенции. Когда Юнг его принял, теолог сказал: «Вот, пожалуйста. Все женщины вас обожают. Откройте мне ваш секрет. Я хочу его знать». Юнг ответил: «Он заключается в большом количестве знаний и большом объеме очень трудной работы. Всего хорошего, профессор!» Но тот не расстался со своей идеей. Он по-прежнему считал, что Юнг использует какой-то хитроумный прием. Поэтому профессор приглашал к себе на лекцию молодых женщин и всегда появлялся перед ними то в расстегнутых штанах, то в ботинках на босу ногу, то делал еще что-то подобное и каждый раз при этом думал: «О, наверное, в этом все дело». Это и есть старый король.