«Эти эффекты не были ни созданы, ни введены Стэнли Кубриком, – категорично сказал Дуглас Трамбалл. – Можно режиссировать фильм, но нельзя режиссировать спецэффекты. Стэнли был необыкновенно вовлечен в этап создания спецэффектов, в этом нет никаких сомнений. Он был на площадке, командовал оператору, куда поставить камеру для съемки миниатюры. Это управление, и я ему не отказываю в этом. Но он не разрабатывал эффекты и не вводил в фильм. Была целая команда людей, которая всем этим занималась. Это все равно, что сказать, что он сделал костюмы или что-то другое. Так что это было очень некорректно. Я не стал цепляться за это, не хотел раздувать скандалов в прессе, ничего такого».
Однако не приходится сомневаться, что дизайнером и оператором первых спецэффектов «Космической одиссеи 2001 года» – снятых посреди банок с растворителем краски в начале 1965 года – был не кто иной, как сам Стэнли Кубрик. Они составляли около трети эпизода «Звездные врата» и были, очевидно, причиной для гордости режиссера задолго до появления в проекте Дугласа.
Как бы то ни было, за время его карьеры после «Одиссеи» журналисты иногда ссылались на Трамбулла как на «создателя» спецэффектов фильма – не указывая Уолтера Виверса, Кона Педерсона, Тома Говарда и самого Кубрика. Это всегда раздражало режиссера, который винил в этом Трамбулла. Сначала он отправлял предупреждающие записки, на которые Дуглас всегда отвечал вежливо, уточняя, что дело в обычных упрощениях репортеров, что он бы никогда не посягнул на единоличные права на эффекты, и что Кубрик сам был достаточно оболган в СМИ, чтобы понимать ситуацию.
В 1984 Hewlett-Packard опубликовали рекламу, в которой присутствовала строчка: «Шел 1968 год. Но зрители были в 2001. Не в кинотеатре, а в глубоком космосе – приближенном великолепными спецэффектами Дугласа Трамбулла». Кубрик и MGM погрозили компании судебным иском, и реклама была быстро удалена. Этого было недостаточно для режиссера, и он заплатил Hollywood Reporter за страницу его сообщения. В нем указывалось, что «Мистер Трамбулл не был ответственным за спецэффекты фильма». Далее приводились имена Кубрика, Виверса, Трамбулл и Говарда – в порядке, «отражающем вклад людей, преимущественно отвечающих за них».
Этот публичный удар, напоминающий отрицание вклада Терри Саузерна после его работы над «Доктором Стрейнджлавом», конечно, был унизителен для Трамбулла. Их размолвка длилась многие годы. Наконец, по прошествии около десяти лет, Дуглас, который считал режиссера «совершенным гением, который был моим другом, наставником, учителем и товарищем», и с помощью которого ему «довелось сделать много чего хорошего для него, и я всегда буду ему благодарен» – решил позвонить в Чайлдвикбэри. Услышав Кубрика, он произнес: «Стэнли, я звоню, чтобы сказать тебе в лицо, что работа с тобой была самым важным событием моей жизни. И я хочу поблагодарить тебя».
Кубрик ответил: «Ого, спасибо».
Дуг продолжил: «Я просто хочу, чтобы ты знал, что я рядом. Я так благодарен тебе, потому что все, чем я занимаюсь сегодня, началось с той возможности, что ты мне предоставил».
Это был их последний разговор.
Кубрик никогда больше не предпринял ничего, что равнялось бы амбициям, сложности и размаху его восьмого драматического фильма, «Космическая одиссея 2001 года». Он создал, однако, еще пять новаторских фильмов, среди которых «Заводной апельсин», «Барри Линдон», «Сияние», «Цельнометаллическая оболочка» и «С широко закрытыми глазами». Каждый был исключительным, особенно «Барри Линдон», открывший миру низкосветовой кинематограф. Задействуя объективы Zeiss, изначально разработанные для съемки полета на Луну, Кубрик и Джон Алькотт, который работал над «Одиссей» как ассистент оператора Джоффри Ансуорта, воспользовались их возможностью чрезвычайно широкоугольной съемки. Интерьерные сцены, освещенные только свечами, точно передают реальность XVIII века и выглядят словно ожившие полотна. Алькотт получил «Оскар» за работу над фильмом.