Отец позволил мне поиграть с «АРКА» так долго, как я того желал и только когда ему показалось, что мне немного наскучила эта игра, мы вернулись в шлюз.
– Это и было посвящение? – Спросил я у Мадлены, когда она сняла с меня гермошлем.
– Не совсем. – Отложив шлем, она вошла в шлюз и отстегнула от троса мой карабин. – Он очень холодный, это чувствуется даже на расстоянии. Настолько холодный, что может обжечь. Если ты готов пройти посвящение, то давай свою шею и побыстрей, он очень быстро остывает.
Мадлена держала карабин щипцами. Я повернул голову влево, обнажил шею и приподняв ее к Мадлене, зажмурился. Отец пшикнул мне чем-то теплым и нежным, таким отчего весь мой страх тут же улетучился.
– Это болеутоляющее. – Ответил он на мой немой вопрос. – Готов?
Я кивнул и Мадлена прислонила карабин к моей шее. На карабине был герб «Велеса» и теперь он красовался и на моей шее. Посвящение было закончено.
– Возьми их. – Отец протянул мне карабин и спрей. – Карабин теперь твой, на память. А спрей для шеи. Как только начнет болеть, пшикни разок и все пройдет.
Я был на седьмом небе от счастья и бросился на шею отцу. Я был, наверное, самым юным посвященным стажером-пилотом. Теперь мне было чем похвастаться перед друзьями и девочками и о чем рассказать в своем блоге…
Дальнейший полет на Марс был без сюрпризов. Крутанувшись через две воронки, как и говорил Михалыч, мы прилетели на Марс. На нем был учрежден карантин и поэтому сойти на планету мне так и не удалось. Пока нас разгружали и загружали, весь экипаж находился в шаттле и скучал.
Обратная дорога тоже была без сюрпризов. Выйти еще раз в космос, мне не разрешили. Баловство особо не приветствовалось, да и для посвящения одного раза было достаточно. Но все же эмоции переполняли меня. Всего за две недели я слетал на Марс и вернулся обратно. Вот это я понимаю настоящие космические каникулы…