— Тем больше будет дневного света, — заметил сэр Роже.
Теперь, когда ему предстояло иметь дело с врагами, а не с женщиной, он казался довольным.
— Почему они не нападают? — сдавленно выкрикнул сэр Оливер, и голос его прозвучал, как треснувшая ветка. — Чего они ждут?
— Это очевидно, и я думаю, что об этом не стоит и упоминать, — ответил сэр Роже. — А разве у них не достаточно оснований бояться нас?
— Что? — удивился я. — О, сэр, разумеется, мы англичане, однако…
Мой взгляд скользнул по нескольким жалким палаткам, раскинутым у крепостной стены, по оборванным и закопченным солдатам, по женщинам, старикам и плачущим детям, по коровам, свиньям и овцам, за которыми присматривали бранящиеся иомены, по котлам, где булькала похлебка, и остановился на рыцаре.
— Однако, милорд, — закончил я, — в данный момент мы скорее похожи на французов…
Барон улыбнулся.
— Что они знают о французах и англичанах? Кстати, мой дед участвовал в битве при Баннекбери, где горсть оборванных шотландцев с пиками наголову разбила кавалерию Эдварда Второго. Все, что версгорцы знают о нас, это то, что мы внезапно появились откуда-то, и, если похвальбы Бранитара правдивы, сделали то, что до сих пор никому не удавалось: захватили одну из этих крепостей! Думаю, что на месте их коннетабля, я бы тоже действовал осторожно.
Хохот, поднявшийся между всадниками, перебросился на пехотинцев, и вскоре весь лагерь был охвачен им. Я видел, как задрожали пленники и прижались друг к другу, испугавшись того волчьего воя, что пронесся над полем.
Когда солнце окончательно взошло, несколько версгорских кораблей медленно и осторожно, приземлились в миле от нас. Мы не стреляли, поэтому они, набравшись храбрости, начали воздвигать в поле какое-то сооружение.
— Вы позволите им возвести замок у себя под носом? — воскликнул Томас Боллард.
— Это лучше, чем если бы они сейчас напали на нас. Пусть почувствуют себя пока в безопасности, ответил барон и сухо улыбнулся. Я хочу ясно показать, что мы согласны на перемирие. Помните, друзья, теперь лучшее оружие язык.
Вскоре приземлилось еще несколько версгорских кораблей, образовав круг, похожий на Стоунхедж, который гиганты воздвигли в Англии до потопа, и вокруг этого пространства засветился защитный щит, появились передвижные бомбарды, а сверху закружили патрульные лодки. Только после этого они послали герольда.
Приземистая, прямоугольная фигура смело двигалась по полю, хотя герольд знал, что мы можем открыть стрельбу. Металлические доспехи ослепительно сверкали в лучах утреннего солнца, и мы ясно видели, что руки у герольда пусты. Сэр Роже сам выехал ему навстречу, а я, читая молитву, последовал за ним.
Версгорец вздрогнул, когда на него надвинулась кобыла с блестящей металлической башней, но, не теряя присутствия духа, он сказал:
— Если вы будете вести себя как следует, я не уничтожу вас во время переговоров.
Выслушав перевод, сэр Роже усмехнулся:
— Скажи этому хвастуну, что я, в свою очередь, придержу наши молнии, хотя они вполне могут сжечь весь их лагерь.
— Но в вашем распоряжении нет никаких молний, сэр, — возразил я. — Так утверждать не честно!
— Вы передадите мои слова точно и с достаточно правдивым лицом, брат Парвус, или на себе испытаете мои молнии!
Пришлось повиноваться. О, что я был вынужден говорить! Я весьма уважаю милорда, но когда он заговорил о своем небольшом английском поместье, занимающем всего три планеты, о своей победе над четырьмя миллионами язычников, и о том, как в одиночку, на пари, захватил Константинополь, или о том, как он за одну ночь во Франции двести раз осуществил право синьора (в эту ночь было двести крестьянских свадеб), и так далее, его слова шокировали меня. Единственным утешением было то, что из-за моего слабого знания версгорского, герольд понял лишь то, что перед ним могущественный рыцарь, способный победить его в любой схватке.
Поэтому он, от имени своего господина, согласился заключить перемирие и обсудить положение в убежище, которое будет сооружено на полпути между лагерями. Каждая сторна отправит туда в полдень десяток людей, но без оружия.
— Итак, — весело воскликнул сэр Роже, когда мы возвращались обратно, — я неплохо проделал это, верно?
— Хм… Конечно, Святой Георг, или точнее, Святой Дионис, покровитель воров, помогли вам в этих переговорах, но…
— Что? Не бойся говорить прямо, брат Парвус. Я часто думаю, что на ваших щуплых плечах находится голова, лучшая, чем у всех моих капитанов вместе взятых.
— Милорд, вам удалось обмануть их только на время. Как вы и говорили, они будут осторожны, пока не изучат нас. И все же, долго ли мы сумеем дурачить их? У них богатый опыт общения с разными расами, живущими в разных условиях. Разве не сумеют они, по нашей малочисленности, по древнему и примитивному оружию, отсутствию собственных космических кораблей, обнаружить истину и напасть на нас с превосходящими силами?
Он сжал губы и поглядел на навес, где находились жена и дети.
— Конечно, вы правы. Я надеюсь задержать их на очень короткое время.
— А что потом?