Безусловно, проповедники крестового похода объясняли преимущество теперешнего, якобы предложенного церковью освобождения от наказаний за все грехи перед прежним, привычным освобождением от земных наказаний за грехи после покаяния. Так, отпущение грехов по крестовому походу превратилось в идею награды, которая могла быть получена только при принятии креста. То же самое можно сказать и о следующих крестовых походах. Церковь, конечно, видела разницу между тем, что предложил крестоносцам собор, и тем, что обещали им народные проповедники, но в целях усиления агитации за крестовый поход не торопилась исправлять это различие. Более того, церковь была вынуждена сделать это истолкование своим собственным. Когда папа Евгений III провозгласил отпущение грехов Второму крестовому походу, он имел в виду именно remissio peccatorum (уменьшение грехов). Определение этому отпущению грехов было впервые выражено богословом Югуссио в начале XIII в. Он же окончательно сформулировал церковное учение о прощении грехов, по которому грехи могли быть прощены только при наличии двух составляющих: признания вины на исповеди и исполнения наказания за грехи. Папа Григорий VIII перед Третьим крестовым походом попытался избежать двусмысленности выражения «уменьшение грехов» и обещал только освобождение от земных наказаний после покаяния, как это объявил Клермонский собор. Все окончательно запутал 4-й Латеранский собор 1215 г., сформулировавший на дальнейшее церковную доктрину крестового похода: всем, кто лично и на свои средства шел в крестовый поход, было обещано Полное прощение всех грехов, в которых они признавались с раскаявшимся сердцем на настоящей исповеди. Это означало полное прощение самих грехов и полное искупление их церковью вне ритуальных трудов покаяния. Речь здесь не могла идти просто о наказании за грехи, так как можно было исповедаться только в грехах, но не в наказаниях за грехи. И наконец, аббат Мартин Парижский в Базеле в начале XIII в., проповедуя Четвертый крестовый поход, говорил: «Если бы вы, однако, спросили, что мы могли бы ожидать в качестве верной награды от Бога за такой труд, то я обещаю вам самым решительным образом, что каждый, кто взял крест и принес искреннее покаяние, будет полностью очищен от всех грехов». Конечно, несильно искушенные в теологии слушатели не могли видеть в этом ничто другое, как Полное погашение греха, вины и наказания. «Отпущение грехов стало тогда не только лишь платой — освобождением от грехов на время, проводимое после смерти в аду, но и также чрезвычайно желанным освобождением от грехов в земной жизни», — говорит один из ведущих современных католических экспертов.
Идея отпущения грехов крестовому походу как награды широко подчеркивалась как народными проповедниками, так и ведущими отцами церкви. Аббат Бернар Клервоский (обратим внимание при этом, какого он мнения о современном ему обществе) пишет: «Разве не удивительно, что теперь избрана и найдена ради Бога единственная возможность спасения для нынешнего всесилия убийц, разбойников, нарушителей клятв, прелюбодеев и преступников всякого рода, в то время как если бы они всегда поступали по праву, их служба не оставила бы воспоминаний. Доверь свои грехи, Бог — милосерден… Он хочет считаться должником, чтобы заплатить солдатское жалование своему войску со скидкой цены на совершенные преступления и вечным блаженством. Беспредельно счастливым я назову поколение, которому выпало время такой полной скидки, поколение, которому Бог посылает навстречу год
4. Причины крестовых походов
Подводя итоги, можно указать три главные причины возникновения крестоносного движения:
1) наступление ислама на Западе и Востоке — в Испании и в Передней Азии. Пример Испании, где французское дворянство по призыву пап издавна участвовало в Реконкисте, был у Рима перед глазами. На отвоеванных испанских землях возникала подчиненная святому престолу церковная иерархия. На Востоке Рим решил использовать испанский опыт борьбы с неверными при помощи западного рыцарства;