— Забавно. В Ирландии ваши коллеги хотели засадить меня в темницу. И где теперь я и где вы? — я оскалился в усмешке.
— Маги Хайдельберга выжили из ума, связавшись с черным магом.
— Это вряд ли. А вот вы вполне смахиваете на самоубийц. Впрочем, я сюда не за этим пришел. Расскажите мне о том, кто устроил ваше нападение на Хайдельберг.
— Мы уже всё рассказали Адельману, — отозвался из глубины темницы еще один магистр.
— Не всё, — я смотрел в глаза первого магистра. — Говори.
Магистр, не отводя взгляда, начал рассказывать. К нему метнулись его коллеги. Но я, взмахнув рукой, создал внутри камеры стену огня, отделившую допрашиваемого от остальных.
— Какая прекрасная картина вырисовывается, — заметил я, недобро улыбнувшись, когда допрашиваемый наконец смолк.
— Вмешаетесь — для вас всё плохо кончится! — крикнул кто-то из его коллег.
— Конечно, вмешаюсь, — я едва заметно улыбнулся и, отступив от решетки, направился к выходу. — А Адельману скажу, чтобы вас отсюда никогда не выпустили.
— Наши коллеги нас освободят!
Я обернулся.
— Если вы про тех, кто управлял атакой на Хайдельберг с колокольни, то никто не придет.
— Их пленили? Это невозможно!
— Нет, не пленили. Они сполна заплатили за то, что хотели утопить корабль вместе со мной в Ваттовом море.
Больше мне уже ничего не сказали. По туннелю я поднялся обратно в замок. У ворот входа в подземелье обнаружилась Маделиф.
— Эгихард, ты когда сможешь поехать во Фризию? — спросила она.
— Хоть сейчас. Финбарра только заберу. У меня в машине места только на троих, так что все ваши коллеги не влезут. Кстати, на двоих из них должно быть наложено проклятие. С Карлфрида я снял.
— Они уже уехали во Фризию.
Я посмотрел на Маделиф с непониманием.
— До того как проявилось проклятие?
Маделиф кивнула.
— Как только мы услышали на Совете проклятие, прозвучавшее из черного конверта, и увидели, что произошло с Адельманом, оба мои коллеги уехали и находятся сейчас при герцоге, сообщая мне о его состоянии.
— Понятно. Вы готовы? Встречаемся на автостоянке у моего внедорожника.
Я зашел в комнату Финбарра, разбудил его. Кузен с недовольством выбрался из постели, оделся, протирая глаза и зевая так, что, казалось, мог вывихнуть себе челюсть.
— Когда мы уже сможем нормально выспаться, Харди? — пробурчал он, топая за мной по коридору.
— Надеюсь, что скоро.
— Куда мы теперь?
— Во Фризию, снимать проклятие.
— Может, я хотя бы в машине посплю… — без особой надежды произнес кузен.
— Не поспишь.
Финбарр взглянул на меня с непониманием, а потом вспомнил.
— Черт… Применишь свое заклинание перемещения? Или как оно называется?
— Да. Надо поторопиться. Потом вернемся в Хоэцоллерн — там отоспимся.
— Уверен? Тебе же кузины спать не дадут, — хмыкнул Финбарр.
Я выругался.
— Найду спокойное местечко, где меня не найдут. Уверен, в замке полно таких мест.
У входа в Хайдельберг стояли все главы Гильдий и, судя по всему, ждали меня.
— Мы возвращаемся в свои Гильдии, господин Райнер-Наэр, — произнес Прегиль и протянул мне свою визитку.
Вслед за ним мне протянули свои визитки остальные, даже глава австрийской Гильдии.
— Своими пока еще не обзавелся, — произнес я, положив визитки в карман пиджака.
— Да-да, скоро у вас будет очень эффектная визитная карточка, я уверен, — заметил Прегиль. — Как только закончите во Фризии, я жду вас в Кёнигсберге.
Я поглядел на остальных магов.
— Вы тут уже очередь расписали? — полюбопытствовал я.
— Примерную. Господин Дагоберт последний в списке. Однако нам с вами еще надо обговорить вопрос о Богемии. Пока же мы возвращаемся в свои Гильдии и начинаем поиск черного мага, что наложил проклятие. Сообщите нам потом, как все пройдет во Фризии. Насколько там ситуация иная, чем в Хайдельберге. Насколько я понял, поговорив с госпожой Халевейн, у вас появились предположения, что проклятия могли быть наложены разными магами, поскольку с госпожи Халевейн вы его сняли достаточно легко в отличие от хайдельбергского проклятия.
— Пока рано делать выводы. Но как я все выясню, я вам сообщу.
Прегиль кивнул.
— Что ж, удачи вам.
— Спасибо. Вам всем того же.
Главы Гильдий уселись в поданные им автомобили и уехали. Остался только Ульрих Адельман.
— Полагаю, вы посетите Хайдельберг до того, как отравитесь в Пруссию? — произнес он.
— Да. Но прежде, я еще загляну домой, чтобы придумать эффектную визитку.
Ульрих от моих слов почувствовал себя крайне неуютно.
— Господин Райнер-Наэр…
— Вам придется потерпеть.
— Пожалуйста, не забывайте, что у нас всех определенная репутация…
Я задумчиво смотрел на него.
— Высших светлых? Я постараюсь бросить на вас как можно меньшую тень, — произнес я, оскалившись в усмешке. — До скорой встречи, господин Адельман.