Дверь открывает. Рисунки на стенах сияют красным. А в середине комнаты…
Сидит девушка очевидно… Тоже неловкая поза йоги. Так же всюду серебрённые иглы. Я посмотрел на её лицо. Твою же мать. По лицу видно, что матёрая убийца, но очень симпатичная. Чёрно-рыжие волосы… Она открыла глаза. И в них я увидел копию своих.
Безусловно. Кажется… Я влюблён.
Ламей хищно улыбнулась моим мыслям. И знаете, как же хорошо, что её тело не было голым. Те же штаны. И чёрная рубашка… Вся в крови. Рубашка не рубаха. Женская, мать её, рубашка.
Ламей медленно встала, подтянулась… И!
***
Должен сказать, что такого я совсем не ожидал. Никаким боком. Думал, что будет иначе.
— Впервые, от этого… Я испытал удовольствие… Ламей. Зачем?
— Разве ты не этого хотел? Тони, я и есть твоя та самая, — улыбнулась она мне. Мы сейчас спешно спускались. — Не веришь мне? Спросишь потом у Судьбы. Я видела всю твою жизнь. По началу я и не думала, что ты он. Но твои глаза…
— Что глаза?
— Судьба сказала мне, что тот, у кого будут такие же глаза как у меня, и на нём будет моя метка… — я её перебил.
— Я тот о ком ты мечтала? Мы что, и вправду встретились? Эта любовь? Взаимная?
— Да. Я хочу провести остаток вечности с тобой, и родить тебе детей, — я поверить не могу… Неужели я попал в сказку?
— Знаешь… Я тоже тебя… Люблю?
— Хехех. Свобода, Антонио. Ты подарил мне свободу. Этот долг не отплатить.
— А в голове ты стервой что-то была. И тело моё забрать хочешь, — хмуро посмотрел я на неё.
— Ну надо же было проводить как-то там свой досуг. Уже и не помню сколько там просидела. А тело… Ты всё понял слишком радикально, на твоём теле есть… Пропуск в эти пустоши, а мы должны их уничтожить, но пропуска у нас нет.
— Хотите пройти зайцем. Ладно, я понял.
"Я безумно рад за тебя, дружище!" — возгласил Онит.
Мы уже спустились. Богов было совсем горсть. Листочек пожирал всех, на пару с чёрным драконом. А ещё какого-то хрена Роберто сидел верхом на Морхаде, и давил всех страхом и злобой. Отчаяние же просто рвал всех на куски голыми руками, и будь то люди или боги, разрывало всех одинаково.
Ламей поняла руки к небу, и кровь, что была, вся поднялась вверх. А потом опала вниз каплями. А людей стало попросту разрывать изнутри. По всюду летели ошмётки плоти и кишок с костями.
Вскоре всё закончилось. Я сейчас почему-то счастлив очень сильно… Давно такого не было…
Выхожу на поле, все на нас с Ламей удивлённо уставились. Роберто усмехнулся, Отчаяние показал большой палец вверх на фокусы Ламей. Шон поглаживал дракона, который отрыгивал остатки…
Ну, казалось бы, что может пойти не так?
Хам…
Ублюдок явился с лысыми мужчинами в балахонах и мерзко улыбнулся. А затем начал аплодировать…
— Браво, Тони, браво. Тебе это удалось! Невероятно. И всё это один смертный. Хахахах.
— Ах… — хотел было что-то сказать Отчаяние и бросится на него. Но того схватили… По-видимому, жнецы. Схватили и утащили в неизвестном направлении. Затем схватили её… И утащили… А затем и Роберто… Шона убили. Ударив косой в спину.
Морхада прогнали, как и дракона, лишь Листочек сжался до атомов и спрятался в моём кармане.
Я оглядываюсь. И смотрю на улыбающийся мне богиню удачи. А затем вижу, как её голова опадает с плеч… Удача покинула меня…
Зло посмотрел на Хама, что пытался что-то найти. Ублюдок воспламеняется чёрным огнём.
А затем падает сгоревший на землю. Тварь сдохла.
Молча дотаю из-за спины косу, что когда-то подарил мне Хальдер… К сожалению, он сгнил там, я проверял. Такой же прах, как и Фрея. Смотрю на чёрное лезвие… Меня окружили со всех сторон. Просто встали в круг…
Они точно ждут этого. Вонзаю лезвие себе в грудь. И грустно усмехаюсь…
***
— Приветствуем тебя, брат. Отныне ты один из нас, и имя тебе Кровавый Тони, — вот что я услышал. Когда после долгой тьмы, глаза открылись и узрели противный свет…