План мой был прост. Он пришел мне в голову еще вчера, только его осуществлению помешала та пьяная компания. Я очень рассчитывал на педантичность Печальных Братьев. Собственно, мне больше не на что было рассчитывать. Печальные Братья обязательно должны были позвонить сегодня и в последний раз дать материал для завтрашнего, тоже последнего, номера газеты. Я очень рассчитывал на педантичность Печальных Братьев. Я прекрасно понимал, что это последний шанс. Последняя попытка если не спасти Город, то хотя бы отсрочить приведение приговора в исполнение. Я должен был постараться убедить Печальных Братьев.
Надежда, конечно, слабая…
Медленно, в полной тишине, тянулись минуты. Я сидел, уронив голову на руки, и надеялся на чудо. Минуты неторопливо складывались в часы, и я почему-то представлял себе огромную белую перчатку, парящую в беспросветном сером небе. Перчатка методично передвигала костяшки на старинных счетах и они медленно растворялись в унылой серости.
Мне вспомнился старик, подвешенный за руки под окном, и стали понятны его слова. Старик тоже считал дни.
Внезапно мне стало казаться, что я поднимаюсь все выше над городом и вижу все, что творится на его улицах. Улицы были безлюдны и вдоль домов лежали одни черные маски. Маски покрывали землю, словно черный пепел, и между ними ходил кто-то в белом одеянии, наклонялся и раскладывал их аккуратными рядами. Он делал это очень долго и, кончив свое занятие, поднял руку с большим черным колокольчиком, потряс им – и сухой треск покатился над пустынными улицами.
Я вздрогнул, открыл глаза и не сразу сообразил, где нахожусь. В тишине пощелкивало печатающее устройство, а это значило, что кто-то передает материал для газеты. Я мигом оказался возле приемника, прильнул к мембране и, затаив дыхание, прислушался к приглушенному голосу. В мембране звучала обычная информация Печальных Братьев.
– Подождите! – крикнул я. – Я хочу с вами поговорить.
На том конце провода удивленно замолчали. Потом послышался далекий шепот и голос в мембране раздраженно произнес:
– Кто там балуется?
– Подождите, я хочу поговорить с вами, – повторил я, задыхаясь от волнения.
– Кто это?
– Простой человек. Обыкновенный человек. Я хочу встретиться с вами, Печальные Братья. Или вы боитесь?
Опять послышалось долгое-долгое перешептывание.
– Ты один?
– Да.
Томительное молчание.
– Безоружен?
– Да! Да!
Опять томительное молчание.
– Проверим, – пообещал голос.
Это была почти победа. Спина моя взмокла от пота, все вокруг, казалось, дрожало от грохота сердца.
– Что же вы молчите, Печальные Братья? Я один, я безоружен. Я просто хочу поговорить, хочу увидеть вас.
– Хорошо, – отозвался голос. – Жди на углу у «Подвальчика веселых сновидений». Встретим.
И все. В мембране стихло. Ноги дрожали, я задыхался в этой маленькой узкой комнатке. Я разогнулся и направился к выходу. И остановился, потому что за спиной вновь раздалось пощелкивание. Печальные Братья диктовали свое последнее сообщение. На этот раз я не стал им мешать.
Интересно, а касалось ли оно самих Печальных Братьев? Впрочем, что они могли сделать? Не больше других. Например, завалить две-три комнаты продуктами, которых хватит пусть даже на год. А дальше? И нигде, ни в одной квартире не видел я таких залежей, хотя за эти дни их вполне можно было создать. Зачем? Чтобы продлить агонию? Так не лучше ли сразу?..
Проходя мимо зала к выходу из мэрии, я обнаружил, что дверь в зал распахнута настежь, хотя я ее закрывал. Я заглянул туда и увидел, что из кабинета мэра тянется завеса сизого дыма.
Мэр занимался ежедневным делом: сидел за столом, курил и читал газету. Пепел со стола он стряхнуть не удосужился. На мгновение оторвав глаза от газеты, он взглянул на меня и вновь погрузился в свое занятие.
– Здравствуйте, – сказал я.
– Все гуляешь, приятель? – ответил он рассеянно. – Чего же вчера не зашел?
– Не сумел. Но я только что говорил с Печальными Братьями. По телефону, в типографии. Сегодня с ними встречусь.
Мэр с иронией посмотрел на меня, поднялся, взял со стеллажа какие-то бумаги, бросил на стол и принялся перебирать. Видно было, что делает он это абсолютно бесцельно, лишь бы убить время.
– Давай, действуй, – сказал мэр. – Встречайся, говори. Чем не занятие?
Я понял его. Он уже смирился. Он уже был готов к финальной сцене и теперь пальцем о палец не ударит, чтобы постараться что-то изменить.
– А эвакуацию организовать вы не думаете? – спросил я его.
Мэр пожал плечами:
– А зачем? Если надо – они и там достанут.
Убеждать его в чем-либо было бесполезно. Да и некогда мне было его убеждать.
– Я пошел.
– Будь здоров, приятель. Привет Печальным Братьям.
Мэр потянулся к стеллажам за очередными бумагами, дым от зажатой во рту сигареты лез ему в глаза и он недовольно морщился.