— Сам не знаю. Я давно ожидал, что ты меня прикончишь. — Он усмехнулся в темноте.
— Тебе повезло, что я не держала дома оружия. —
— Возможно, везет до сих пор.
Порывшись в карманах старой куртки, Стив вытащил пачку “Мальборо” и закурил.
— Сейчас я бы не стала в тебя стрелять, — сказала Лиска. — Я хочу, чтобы эта ночь поскорее кончилась, а если бы я тебя застрелила, мне бы пришлось до рассвета сидеть под арестом. Дело того не стоит.
— Спасибо.
— Я устала, Стив. Почему бы тебе не уйти? Он затянулся сигаретой, глядя в сторону улицы, где медленно ехал темный седан. Лиска тоже заметила его краем глаза и плотнее закуталась в пальто.
— Завтра ты вызовешь мастера вставить стекло? — спросил Стив.
— Я уже мысленно его вызываю.
— А то этот мешок для мусора выглядит уж очень нищенски.
— Спасибо за заботу.
— Ты ведь мать моих детей.
— Увы. И это не свидетельствует о моем благоразумии.
— Эй! — Он посмотрел на нее ибросил окурок в снег. — Только не говори, будто сожалеешь о том, что у тебя есть мальчики.
Лиска встретила его взгляд.
— Об этом я не сожалею.
— Значит, сожалеешь о том, что у тебя был я?
— Тебе не кажется, Стив, что для сожаления и раскаяния немного поздновато? — устало промолвила Лиска. — Наш брак давно мертв.
Стив вынул из кармана связку ключей и нашел нужный.
— Сожаление — пустая трата времени. Живи настоящим. Никогда не знаешь, какой момент будет последним.
— И на этой веселой ноте…
Лиска повернулась к дому, но Стив схватил ее за руку и развернул лицом к себе. Она видела по его глазам, что он хочет ее поцеловать. Однако ей этого не хотелось, и он также видел это и чувствовал.
— Будь осторожна, Никки, — негромко сказал Стив. — Ты слишком смелая.
— Я такая, как нужно.
Он печально улыбнулся и отпустил ее.
— Да. Жаль, что я никогда не был тем, кто нужен тебе.
— Ну, я бы не сказала, что никогда… — Лиска опустила взгляд.
Она наблюдала, как он свернул с подъездной аллеи на улицу, и стояла, пока не исчезли красные огоньки его машины. “Теперь я снова одна, — подумала Лиска, глядя на залепленное окно “Сатурна”. — По крайней мере, хочется на это надеяться…”
Войдя в дом через черный ход, Лиска заперла дверь и выключила свет. Когда она шла в спальню, темный седан второй раз проехал мимо.
Глава 13
Дом Энди Фэллона был погружен во мрак — только отсвет лампы с соседнего крыльца играл на желтой клейкой ленте, которой полиция крест-накрест опечатала дверь.
Ковач снял ленту и открыл дверь ключом. В любом помещении после визитов группы расследования ка-; кое-то время сохраняется атмосфера насилия. В дом без разрешения хозяина является больше дюжины посторонних, которые, грубо нарушая неприкосновенность жилища, роются в личных вещах, отпускают бесцеремонные замечания и выносят суждения. Все это повисает в воздухе подобно запаху плесени. Несмотря на это. Ковач всякий раз по возможности старался побывать там снова, дабы ощутить, кем была жертва, прежде чем стать трупом.
Он начал с гостиной, где стояла рождественская елка, украшенная маленькими лампочками и алой гирляндой бус. Дерево источало слабый запах хвои. Опустившись на колени, Ковач стал изучать надписи на пакетах с подарками. Их следовало доставить Керку, Аарону и Джессике. Нужно будет узнать фамилии в записной книжке Фэллона и попытаться установить контакт с его друзьями. Ту же процедуру надо проделать с рождественскими открытками в корзине на кофейном столике.
Подойдя к видеомагнитофону. Ковач просмотрел надписи на корешках кассет. “Чудо на 34-й улице”, “Гостиница “Холидей”, “Эта прекрасная жизнь”… В последнем фильме, человек хотел покончить с собой, но все завершилась тошнотворным голливудским хеппи-эндом. А вот Энди Фэллона никакой ангел не спас от его судьбы. Ковач знал по опыту, что если нуждаешься в ангеле, его никогда не оказывается поблизости.
Он направился к лестнице через столовую. Казалось, этой комнатой никто никогда не пользовался, о, впрочем, можно сказать о большинстве столовых.
В ванной наверху содержался обычный ассортимент предметов, в которых мужчина нуждается каждый день. В бельевой корзине не было полотенец — в противном случае их можно было бы проверить на наличие волос и кусочков ткани. Если бы гибель Фэллона признали убийством, Ковач поручил бы группе расследования проверить водопроводные трубы, идущие от раковин, на наличие волос. Хотя подобные улики не принимались в расчет в суде, прокуроры с радостью за них хватались. Но дело официально закрыто, и никто не станет выуживать лобковые волосы из ванной Энди Фэллона.
На полке в аптечке стоял коричневый пузырек с золофтом. Рецепт на антидепрессант был выписан доктором Сейросом. Ковач записал все сведения и поставил бутылочку на полку. Никакого зальфидема он в аптечке не обнаружил.