— А теперь подведем итог. Тебя с Нором хотят уничтожить, а параллельно кто-то с упорной регулярностью взывает к тьме прямо из Института аэллин. И кем является этот «кто-то», нам все еще неизвестно. Даже Нор с его опытом и возможностями до сих пор не сумел его — или их — вычислить. А времени остается все меньше. Единственное, что ему удалось выяснить, — остаточные следы темного флера ведут в жилое крыло ниллэ. К тому же нам известно, что призыватель, — назовем его так, — пользуется недугом Алексы Найрес, прикрываясь им как щитом. Поэтому есть основания полагать, что призывателем является кто-то из учащихся факультета ниллэ. И поскольку ни я, ни Нор, ни даже Шайн не можем часто появляться в жилом крыле ниллэ, не вызывая вопросов, наблюдать за девушками придется тебе, мышка.
Не успела я в полной мере осмыслить все вышесказанное, как Нориан отрезал:
— Достаточно! Ида не будет в этом участвовать. Это слишком рискованно.
— По-твоему, ей следует все время торчать в твоем домишке, пока весь Дрейдер летит в бездну? — Кайл выразительно на него посмотрел. — Ты же не дурак, Нор, и сам все прекрасно понимаешь. Мое предложение — наиболее разумное из всех вариантов. И, держу пари, ты сам думал о том же. Ида вернется к занятиям, и это привлечет к ней внимание призывателя. За ней начнут наблюдать, а она, в свою очередь, будет присматриваться к окружающим. Можно будет организовать какую-нибудь провокацию, и заговорщики себя проявят…
— Нет! — повторно отрезал Нориан, вокруг которого появился яркий светящийся ореол.
И тут вмешалась я.
— Простите, — произнесла вежливо и не повышая голоса, но тут же завладела всеобщим вниманием. — А моим мнением на этот счет вы поинтересоваться не желаете? Конечно, я изучаю этикет не так давно, но, насколько помню, некрасиво говорить о человеке в третьем лице в его же присутствии.
Шайн, с интересом наблюдающий за происходящим спором, кашлянул.
— Ты права, приношу извинения, — уже более сдержанно произнес Нориан. — Но если тебе важно мое мнение, то я не только против предложения Кайла, но и против твоего возвращения в институт вообще.
Разговор прервало возвращение Росса, принесшего дополнительную порцию завтрака. Когда он поставил перед Кайлом тарелку, стало очевидно, что еда на ней отличается от той, что ели мы.
— Что ты принес? — спустя несколько мгновений замешательства спросил Кайл.
Отступив на шаг, Росс с деланым почтением склонил голову и невозмутимо отозвался:
— Вы не сказали, что именно желаете съесть на завтрак. Поэтому мне пришлось самому догадываться о ваших предпочтениях.
— То есть ты считаешь, что я питаюсь…
Росс даже бровью не повел и с той же невозмутимостью ответил:
— Слышал, козлы любят овощные отходы.
Не ожидавший подобной наглости и вольности Кайл буквально воздухом подавился.
— Ты понимаешь, что только что оскорбил феникса? — недобро прищурившись, процедил он.
— Я всего лишь озвучил тот факт, что козлы любят овощные отходы, — не проникся угрозой Росс. — Не моя вина, что вы приняли это невинное замечание на свой счет.
Я до боли прикусила губу, чтобы не рассмеяться. А вот Нориан и доктор Шайн, до этого молча, но со всевозрастающим интересом следящие за происходящей перепалкой, сдерживаться не стали.
Выходка Росса разбавила градус повисшего напряжения, и все, кроме Кайла, как-то незаметно расслабились. Впрочем, Кайл, надо отдать ему должное, быстро справился с собой и даже вернул Россу его же шпильку.
— Что ж, тогда в следующий свой визит непременно захвачу с собой сено, — с ироничной усмешкой обронил он, глядя на слугу. — Слышал, его очень любят бараны. А тебя нужно поощрить за такое внимание к гостям и добросовестное отношение к своим обязанностям.
— Росс, можешь идти, — обратился к слуге Нориан, оборвав словесную перепалку. И когда тот удалился, вернулся к предыдущей теме: — Как уже сказал, я против твоего возвращения в институт, Ида. По крайней мере сейчас.
— А я, если, конечно, мое мнение кого-то волнует, должен заметить, что предложение Кайла не лишено смысла, — вставил доктор Шайн. — Нор, ты же в состоянии обеспечить ее безопасность. И действительно понимаешь, что времени у тебя, точнее, у всех нас, осталось мало.
Дождавшись, пока доктор договорит, я вступила в разговор:
— С вашего позволения, теперь все-таки выскажусь я, — сохраняя спокойствие, посмотрела на Нориана. — Я понимаю ваше беспокойство и все сопутствующие моему возвращению в институт риски. Но эти риски оправданны. Если я могу оказать какую-либо помощь в меру своих скромных сил и послужить на благо империи, то должна это сделать.
— К тому же я и правда много пропустила, — добавила я. — Еще немного — и у тех, кто этого хочет, появится прекрасный повод меня исключить.
Нориан чуть подался вперед и, не сводя с меня немигающего взгляда, спросил:
— А ты сама этого хочешь? Хочешь быть ниллэ?