Читаем Крымская война 1853-1856 гг. полностью

В ответ на это Николай I решил подкрепить дипломатический нажим на турецкое правительство — военным. Он приказал оккупировать княжества Молдавию и Валахию, находившиеся под номинальным суверенитетом султана[13]. Царь считал провокационные действия правительств Англии и Франции обычным шантажом и был твердо уверен, что дело до войны не дойдет и что Турция вскоре капитулирует. А между тем, как только дипломатические отношения России с Турцией были прерваны и русские войска перешли границу Оттоманской империи, цель англо-французской дипломатии оказалась достигнутой. Царское правительство было поставлено перед лицом войны с Турцией, на стороне которой в любой момент могли открыто выступить не только Англия и Франция, но и другие державы.

Начиная войну с Россией, английские и французские правящие круги преследовали далеко идущие цели. Они замышляли не только уничтожить русский Черноморский флот, мешавший установлению господства этих держав в бассейне Черного моря, но и отторгнуть от России в пользу закабаленной ими Турции Кавказ, Крым и ряд других областей. Часть территории Российской империи на западе должна была отойти к Австрии, Пруссии и Швеции в награду за их участие в войне на стороне антирусской коалиции. «Моя заветная цель в войне, начинающейся против России, — писал в те дни лорд Пальмерстон, — такова: Аландские острова и Финляндию отдать Швеции; часть остзейских провинций России у Балтийского моря передать Пруссии; восстановить самостоятельное королевство Польское как барьер между Германией и Россией. Валахию, Молдавию и устье Дуная отдать Австрии… Крым, Черкесию и Грузию отторгнуть от России; Крым и Грузию отдать Турции, а Черкесию либо сделать независимой, либо передать под суверенитет султана»[14].

Кроме того, правящие круги и той и другой стороны серьезно рассчитывали укрепить внешнеполитическими успехами свое внутриполитическое положение, которое, как указывалось выше, и в Англии, и во Франции, и в царской России было довольно шатким.

Таким образом, Крымская война была результатом обострения классовых противоречий внутри великих держав и вместе с тем результатом обострения борьбы за внешние рынки сырья и сбыта между этими державами. Она развязывалась в интересах реакционных правящих классов обеих столкнувшихся в ней сторон и носила обоюдно несправедливый, захватнический характер.

Вооруженные силы России и Англо-Франко-Турецкой коалиции

Русская армия накануне войны насчитывала почти 1,4 млн. солдат и офицеров, но фактически могла выставить против врага не более 700 тысяч человек, так как свыше полумиллиона солдат царизм держал внутри страны для подавления народных восстаний, а более чем 150-тысячный отдельный Кавказский корпус занят был борьбой с отрядами Шамиля и его наместников.

Полевая армия России состояла из шести пехотных и двух кавалерийских корпусов, из которых четыре пехотных корпуса входили в особую, так называемую Действующую армию, сосредоточенную в Польше на случай восстания поляков или войны с какой-либо европейской державой. В каждый пехотный корпус входили три пехотных, одна кавалерийская и одна артиллерийская дивизии, а также несколько приданных им отдельных частей (стрелковый, саперный и обозные батальоны, жандармская команда и т. д.). В кавалерийский корпус входили две-три кавалерийских и одна конно-артиллерийская дивизия также с приданными им отдельными частями.

Пехотные дивизии делились последовательно на две бригады, четыре полка и шестнадцать батальонов. Батальон— основная тактическая единица — насчитывал по штатам 1000 штыков, но фактически его численность, как и во всех армиях Европы того времени, не превышала обычно 600–800 человек. Батальон делился на четыре роты, которые в свою очередь подразделялись на два взвода, четыре полувзвода и восемь отделений.

Кавалерийская дивизия также делилась последовательно на две бригады и четыре полка, причем каждый кавалерийский полк был равен примерно по численности пехотному батальону и подразделялся на несколько эскадронов, число которых в различных полках колебалось от шести до десяти.

Артиллерийская дивизия состояла из четырех бригад четырехбатарейного состава по восемь (а в военное время по двенадцать) орудий в каждой батарее. Конно-артиллерийская дивизия состояла только из двух бригад. В общем одна батарея приходилась, как правило, на один пехотный или соответственно на два кавалерийских полка.

Эскадроны и батареи сводились обычно по два в дивизионы, а подразделялись подобно ротам в пехоте.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научно-популярная серия

Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность
Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность

Для широкого круга читателей большой интерес представляет жизнь Г. Н. Потанина — выдающегося исследователя стран и народов Внутренней Азии, культурного деятеля, много способствовавшего просвещению Сибири до Великой Октябрьской революции.Григорий Николаевич Потанин организовал изучение быта и эпоса бурят и других сибирских народов, устраивал музеи и выставки, хлопотал об открытии новых отделов Географического общества, был в числе учредителей первых высших женских курсов в Томске и общества вспомоществования их учащимся; организовал в Томске Общество изучения Сибири и раздобыл ему средства для отправки экспедиции в Монголию по изучению русской торговли; принимал живое участие в сибирской передовой периодической печати. По окончании путешествий он занялся также обработкой собранных материалов по верованиям и сказаниям тюркских и монгольских народов и пришел к интересным выводам о связи между восточными и западными легендами относительно сына божьего, изложенным в нескольких трудах.

Владимир Афанасьевич Обручев

Приключения / Биографии и Мемуары / Путешествия и география / Документальное
Иван Грозный
Иван Грозный

Из текста: Если бы Иван IV умер в 1566 г., в момент своих величайших успехов на западном фронте, своего приготовления к окончательному завоеванию Ливонии, историческая память присвоила бы ему имя великого завоевателя, создателя крупнейшей в мире державы, подобного Александру Македонскому. Вина утраты покоренного им Прибалтийского края пала бы тогда на его преемников: ведь и Александра только преждевременная смерть избавила от прямой встречи с распадением созданной им империи. В случае такого раннего конца, на 36-м году жизни, Иван IV остался бы в исторической традиции окруженный славой замечательного реформатора, организатора военно-служилого класса, основателя административной централизации Московской державы. Ивану Грозному, однако, выпала на долю иная судьба, глубоко трагическая. Он прожил еще 18 лет, и это были годы тяжелых потерь, великих несчастий для страны.

Роберт Юрьевич Виппер

Историческая проза

Похожие книги

300 лет российской морской пехоте, том I, книга 2
300 лет российской морской пехоте, том I, книга 2

27 ноября 2005 г. исполнилось 300 лет морской пехоте России. Этот род войск, основанный Петром Великим, за три века участвовал во всех войнах, которые вела Российская империя и СССР. На абордажах, десантах и полях сражений морские пехотинцы сталкивались с турками и шведами, французами и поляками, англичанами и немцами, китайцами и японцами. Они поднимали свои флаги и знамена над Берлином и Веной, над Парижем и Римом, над Будапештом и Варшавой, над Пекином и Бейрутом. Боевая карта морской пехоты простирается от фьордов Норвегии до африканских джунглей.В соответствии с Планом основных мероприятий подготовки и проведения трехсотлетия морской пехоты, утвержденным Главнокомандующим ВМФ, на основе архивных документов и редких печатных источников коллектив авторов составил историческое описание развития и боевой службы морской пехоты. В первом томе юбилейного издания хронологически прослеживаются события от зарождения морской пехоты при Петре I и Азовского похода до эпохи Николая I и героической обороны Севастополя включительно. Отдельная глава посвящена частям-преемникам морских полков, история которых доведена до I мировой и Гражданской войн.Большинство опубликованных в книге данных вводится в научный оборот впервые. Книга содержит более 400 иллюстраций — картины и рисунки лучших художников-баталистов, цветные репродукции, выполненные методом компьютерной графики, старинные фотографии, изображения предметов из музейных и частных коллекций, многие из которых также публикуются впервые. Книга снабжена научно-справочным аппаратом, в том числе именным указателем более чем на 1500 фамилий.Книга адресована широкому кругу читателей, интересующихся военной историей, боевыми традициями русской армии и флота, а также всем, кто неравнодушен к ратному прошлому Отечества.

Александр Владимирович Кибовский , Андрей Владимирович Кибовский , Олег Геннадьевич Леонов

Военная история / История / Образование и наука
Агент. Моя жизнь в трех разведках
Агент. Моя жизнь в трех разведках

Об авторе: Вернер Штиллер родился в советской оккупационной зоне Германии (будущей ГДР) в 1947 году, изучал физику в Лейпцигском университете, где был завербован Министерством госбезопасности ГДР (Штази) в качестве неофициального сотрудника (агента), а с 1972 года стал кадровым сотрудником Главного управления разведки МГБ ГДР, в 1976 г. получил звание старшего лейтенанта. С 1978 года – двойной агент для западногерманской Федеральной разведывательной службы (БНД). В январе 1979 года сбежал в Западную Германию, с 1981 года изучал экономику в университете города Сент–Луис (США). В 1983–1996 гг. банкир–инвестор в фирмах «Голдман Сакс» и «Леман Бразерс» в Нью–Йорке, Лондоне, Франкфурте–на–Майне. С 1996 года живет в Будапеште и занимается коммерческой и финансово–инвестиционной деятельностью. О книге: Уход старшего лейтенанта Главного управления разведки (ГУР) МГБ ГДР («Штази») Вернера Штиллера в начале 1979 года был самым большим поражением восточногерманской госбезопасности. Офицер–оперативник из ведомства Маркуса Вольфа сбежал на Запад с целым чемоданом взрывоопасных тайн и разоблачил десятки агентов ГДР за рубежом. Эрих Мильке кипел от гнева и требовал найти Штиллера любой ценой. Его следовало обнаружить, вывезти в ГДР и судить военным судом, что означало только один приговор: смертную казнь. БНД охраняла свой источник круглые сутки, а затем передала Штиллера ЦРУ, так как в Европе оставаться ему было небезопасно. В США Штиллер превратился в «другого человека», учился и работал под фамилией Петера Фишера в банках Нью–Йорка, Лондона, Франкфурта–на–Майне и Будапешта. Он зарабатывал миллионы – и терял их. Первые мемуары Штиллера «В центре шпионажа» вышли еще в 1986 году, но в значительной степени они были отредактированы БНД. В этой книге Штиллер впервые свободно рассказывает о своей жизни в мире секретных служб. Одновременно эта книга – психограмма человека, пробивавшего свою дорогу через препятствия противостоящих друг другу общественных систем, человека, для которого напряжение и авантюризм были важнейшим жизненным эликсиром. Примечание автора: Для данной книги я использовал как мои личные заметки, так и обширные досье, касающиеся меня и моих коллег по МГБ (около дюжины папок) из архива Федерального уполномоченного по вопросам документации службы государственной безопасности бывшей ГДР. Затемненные в архивных досье места я обозначил в книге звездочками (***). Так как эта книга является моими личными воспоминаниями, а отнюдь не научным трудом, я отказался от использования сносок. Большие цитаты и полностью использованные документы снабжены соответствующими архивными номерами.  

Вернер Штиллер , Виталий Крюков

Детективы / Военное дело / Военная история / Спецслужбы / Cпецслужбы
Дмитрий Пожарский против Михаила Романова
Дмитрий Пожарский против Михаила Романова

Военный историк А.Б. Широкорад попытался выделить истинные события Смутного времени из трехсотлетних накоплений мифов, созданных царскими и советскими историками. Автор отвергает несостоятельную версию об одиночке-самозванце, затеявшем грандиозную интригу, и показывает механизм большого заговора 1600—1603 гг., называя по именам главных зачинщиков Великой смуты.Рухнула благостная сказка о добрых боярах Романовых — «сродниках» царя и храбром, но недалеком и неродовитом стольнике Дмитрии Пожарском, который совершил подвиг, откланялся и ушел в тень. На самом деле природный князь Рюрикович Пожарсково-Стародубский был не только первоклассным полководцем, не проигравшим ни одной битвы, но и дальновидным политиком. Пожарский и Минин задумали грандиозный план спасения России. Но неблагоприятное стечение обстоятельств и излишняя щепетильность князя после взятия Москвы позволили кучке «тушинских воров» от бояр до казаков устроить государственный переворот, который позже был назван Земским собором.

Александр Борисович Широкорад

Военная история / История / Образование и наука