А в 1990 году, объявленном «Годом Александра Невского», в Петербург съехалась целая куча профессоров с Запада (материалы изданы в 1995 г. в книге «Князь Александр Невский и его эпоха»). Как они сами заявили, их задача — «критическое переосмысление прежних оценочных критериев». «Развенчание семисотлетнего мифа об Александре Невском» исходило из установки, что русским было выгоднее сдаться тевтонским рыцарям и через них приобщиться к Западу. Активный российский участник этой кампании писал: «Как представители западноевропейской цивилизации, рыцари ордена несли с собой новую жизнь, несли новую идеологию — католическую религию…, вместе с ними шел новый закон, новый городской быт, новые формы властвования».
Всех этих благ лишил нас «освободитель от крестоносного ига» Александр Невский. За это ему спасибо, а мы должны его образ защищать.
Этот миф укоренен в сознании и из него выводят два новых мифа: о «русском фашизме» и «русском антисемитизме». Оба они — сильные средства очернения русских и подрыва их национального сознания. Это средство давления и в международных делах: ярлык антисемитизма делает страну изгоем.
Черносотенство было консервативным движением, которое безуспешно пыталось спасти монархию от революции. Миф о нем создан идеологами всего «цивилизованного мира». Историки не трогают этого мифа — чтобы им тоже не прилепили опасный ярлык. Но, опираясь на надежные источники, этот миф скрупулезно разбирает историк и литературовед В.В. Кожинов.
Черносотенцы — бранная кличка, введенная противниками «Союза русского народа». Эта кличка прижилась и поначалу не казалась обидной — в средневековой Руси (с XII века до петровских времен) «черной сотней» называли горожан и свободных крестьян, «земских» людей в отличие от «служилых».
Основоположник черносотенства В.А. Грингмут писал в «Руководстве монархиста-черносотенца»: «Почетное ли это название, «черная сотня»? Да, очень почетное. Нижегородская черная сотня, собравшаяся вокруг Минина, спасла Москву и всю Россию от поляков и русских изменников».
Крупной силой черносотенцы не стали, спасти монархию было уже нельзя, но в своих прогнозах их лидеры были прозорливы. Уже к 1910 г. они осознали неизбежность поражения их консервативного проекта и приобрели свободу мысли.
Рассмотрим миф по частям, как его главные тезисы.
Это неверно. В высшем руководстве «Союза русского народа» приняли участие виднейшие деятели культуры России того времени: филологи академики К.Я. Грот и А.И. Соболевский, историки академики Н.П. Лихачев и Н.П. Кондаков, ботаник академик В.Л. Комаров (позднее президент Академии наук), врач профессор С.С. Боткин, актриса М.Г. Савина, создатель оркестра народных инструментов В.В. Андреев, живописцы К. Маковский и Н. Рерих, книгоиздатель И.Д. Сытин. В.В. Кожинов приводит большой список и других деятелей культуры, которые были черносотенцами или близкими к ним по духу.
Здесь были аристократы (включая князей Рюриковичей) и иерархи Церкви, в том числе будущий патриарх Тихон и митрополит Антоний (А.П. Храповицкий, в юности он был близок с Достоевским и стал прототипом Алеши Карамазова в его романе). Членами Союза русского народа были 1500 рабочих Путиловского завода. Надо вспомнить и замечание Ленина о «мужицком демократизме черносотенства, самом грубом, но и самом глубоком». Кстати, после Февраля 1917 г. основная масса рядовых черносотенцев пошла за советами, а не за либералами Керенского.
Это неверно. В числе организаторов и активных деятелей Союза русского народа были виднейшие представители еврейства, патриоты России. Основоположником черносотенства и редактором его главной газеты «Московские ведомости» был еврей Грингмут. Важную роль сыграл близкий соратник Столыпина Гурлянд, сын главного раввина Полтавской губернии. «Еврейская энциклопедия» писала о нем: «Гурлянд проводит идею полного присоединения евреев к началам русской государственности, отнюдь не отказываясь от своих вероисповедных и национальных стремлений».
И правительство, и церковь, и Союз русского народа категорически осуждали еврейские погромы, а власти жестоко расправлялись с погромщиками. В 1906 г. председатель Союза русского народа в специальном заявлении определил погромы как «преступление».
В книге «Население и кризисы» (М.: МГУ. 1998) сказано: «Русский народ со стыдом и ужасом вспоминает разгул этой банды подонков-антисемитов. За 6 и 7 апреля 1903 г. в Кишиневе во время еврейских погромов убито до 500 человек; в тот же день черносотенцы отличились в Гомеле».