- Мистер Сомерс лично позаботился о том, чтобы так и было.
Его слова приятно удивили Мэган.
- Он сам здесь всё обустраивал?
- Да. Вы не знали об этом?
Потрясенно она покачала головой, ощутив какое-то странное восхищение.
- У вашего хозяина безупречный вкус.
- Мы все так считаем. - Он снова улыбнулся и мягко добавил: - Особенно в случае с выбором супруги.
Такая похвала из уст дворецкого многого стоила для вновь прибывшей хозяйки. Мэган не могла не оценить этот жест, которым он принял ее в семью Майкла.
- Благодарю, Роджерс, - улыбнулась в ответ Мэган.
- Вам что-нибудь нужно, миссис Сомерс?
- Да, не могли бы вы принести мне горячей воды?
С дороги Мэган больше всего хотелось принять ванну и согреться.
- Разумеется.
- А через час можете начать приготовление к ужину.
- Будет сделано, миссис Сомерс.
Когда дворецкий вышел, Мэган обессилено присела на краю дивана, сложив руки на своих коленях. Вот теперь она наиболее полно вошла в свою новую жизнь. В которую вовлек ее Майкл. И которую она должна была разделить с ним. Если бы не долги Джорджа, она сейчас сидела бы в собственной спальне. Но с сегодняшнего дня была вынуждена жить в этой роскоши. Почему вдруг ей от этого захотелось заплакать?
***
Столовая выглядела не менее грандиозной и богато обставленной, чем остальные комнаты, которые она уже видела, и с которым Мэган еще предстояло познакомиться. Она ужинала с Майклом, который сидел на другом конце стола и молча поглощал блюда. Аппетит у него был здоровый. Чего нельзя было сказать о ней. Мэган поковырялась вилкой в своей тарелке, испытывая необъяснимое волнение. Ведь был день ее свадьбы. А впереди была брачная ночь. Да, они обговорили все детали. У них не будет брачной ночи, у них не будет чувств друг к другу, у них не будет ничего, кроме общего дома, где оба будут жить. Тогда почему она чувствовала себя так странно? Словно сидела на пороховой бочке, которая если не сегодня, но в определенном будущем должна была взорваться.
- Вам не нравится еда?
Мэган вздрогнула от неожиданного вопроса и подняла голову.
- Что?
- Вам не нравится еда? Что-то не так приготовлено? Или вы не любите говядину?
Как нелепо слышать нотки искреннего беспокойства в голосе мужа, который не собирался стать ей полноценным мужем. Каким она запретила ему быть.
- Н-нет, все хорошо, - неуверенно ответила Мэган, отложив вилку.
Лицо Майкла помрачнело.
- Тогда почему вы не едите? Вам нужно побольше есть, знаете ли.
Мэган ужасно не понравилось его замечание. Она ведь была в трауре, а Майкл пытался сделать вид, будто всё самое страшное осталось позади, когда самое страшное ждало ее впереди.
- Я прекрасно знаю, когда мне нужно есть, а когда нет.
Складки возле его губ стали более заметны.
- И сейчас самое время отказаться от пищи? - недовольно осведомился он.
Мэган сжала руку.
- Помните, как я говорила об условиях нашей... нашего союза?
Он сжал челюсти и подался вперед, сузив глаза, которые опасно мерцали. Вид у него был почти угрожающий. Но голос прозвучал спокойно.
- Да.
Мэган внезапно почувствовала сильнейшее раздражение от его манеры давать односложные ответы. Она устало опустила голову и тихо попросила:
- Прошу вас, не давите на меня. Я стараюсь изо всех сил, но мне очень тяжело...
Она вдруг услышала скрип отодвигающегося кресла. Подняв голову, Мэган увидела, как Майкл медленно встает и подходит к ней. Он остановился совсем рядом. Такой высокий. Такой непредсказуемый
- Мэган, - послышался его тихий голос, наполненный невероятной нежностью, что потрясло ее до глубины души. Такой суровый человек и так легко мог ошарашить ее проявлением нежности. Какое противоречие! - Если вы чувствуете себя нехорошо, вам нет нужды изображать послушную жену. Идите к себе и отдыхайте.
От благодарности и облегчения Мэган чуть не расплакалась.
Она и не думала встретить у него понимание тогда, когда больше всего на свете нуждалась в этом. Мэган медленно встала.
- Спасибо.
- Спокойной ночи, - почти ласково добавил он, стоя на месте.
Мэган вскинула голову и посмотрела прямо ему в глаза. Майкл действительно был самым странным человеком на свете. Которого невозможно было понять.
- Вам тоже...
Она ушла, так и не обернувшись. Мэган готовилась ко сну с противоречивым чувством. Потому что ей впервые предстояло спать в чужой кровати. В чужом доме. В чужом месте. Которое теперь принадлежало и ей.
События, которые за этот день обрушились на нее, прогнали сон. Мэган сидела на диване в гостиной и смотрела на пламя в горящем камине, не сняв даже платье. Почему-то она ощущала себя невероятно дряхлой, ужасно одинокой. Она так сильно тосковала по Джорджу. По его улыбке. По его смеху. По объятиям и легким поцелуям, которыми он отправлял ее спать. По тихим разговорам перед сном. Но теперь его не было рядом, теперь ничто не напоминало о нем. Кроме небольшой миниатюре, которую она хранила в своей шкатулке для драгоценностей.