Читаем Кулибин полностью

Прежде всего нужно было привести в порядок все приборы в кабинетах и лабораториях. Здесь были оптические, электрические, механические, гидродинамические и многие другие приборы и инструменты. Одни из них нужно было вычистить, для других изготовить недостающие части. Некоторые приборы Кулибин видел первый раз в жизни. Но он всё же разобрался в устройстве этих приборов и не только постепенно привел их в порядок, а даже составил инструкции, как пользоваться ими.

Исправив старые приборы, Кулибин приступает к изготовлению новых, в которых академия очень нуждалась.

Его попросили сделать телескоп. Хотя теперь это было знакомо, но все же трудно. Однако он справился с задачей. Академик Румовский, проверивший телескоп, дал о нём положительный отзыв, хотя и отметил некоторые недостатки. Сообщение Румовского было заслушано на конференции академиков. В протоколе конференции от тринадцатого августа 1770 года академики записали:

«Но в рассуждении многих великих трудностей, бываемых при делании таких телескопов, заблагорассужено художника Кулибина поощрить, чтобы он и впредь делал такие инструменты…»

Кулибин налаживает производство барометров и термометров, и не только для нужд академии, но и на продажу. Он делает гравировальную машину, различные штампы, печати и клейма. Академические мастерские начинают изготовлять самые разнообразные приборы, служащие для научных целей. Так Кулибин продолжает дело, начатое Нартовым и Ломоносовым.

Электрические машины, микроскопы, телескопы, подзорные трубы, астролябии, готовальни, ватерпасы, лорнетные стекла, электрические банки, точные весы – всё это и ещё многое другое создается под руководством Кулибина в академических мастерских.

Русские ученые получают возможность проводить свои опыты на отечественных приборах.

В письменном отзыве о работе Кулибина академик Румовский отмечает, что Кулибин «заслуживает от академии особую похвалу».

Но академические мастерские удовлетворяют не только нужды академии, а принимают заказы от других учреждений и частных лиц. Они становятся известными по всей России.

Русские корабли уходят в плавание, снабженные отечественными приборами. Эти приборы сделаны в академических мастерских.

Особенно много времени и сил Кулибин отдает оптическим приборам. Он находит состав сплавов, необходимые размеры стекол, делает много опытов. И в этом отношении Кулибин, в числе немногих оптиков того времени, продолжает и развивает дело, начатое Ломоносовым.



Кулибин в академических мастерских.


Одним из первых в России Кулибин сделал микроскоп и телескоп и первый наладил производство этих приборов в большом количестве. Вместе с Кулибиным в мастерской академии работает Иван Иванович Беляев с сыном Андреем Беляевым и Шерсневский. Иван Иванович Беляев был замечательным оптиком, поступившим в академию почти с момента её основания и проработавшим в ней пятьдесят пять лет. Шерсневский помогал Кулибину ещё в Нижнем Новгороде и был им оттуда выписан.

В 1775 году Кулибин вместе с Беляевым и Шерсневским сконструировали и изготовили первый в мире ахроматический микроскоп, рассчитанный Эйлером.

По тому состоянию оптической техники создание этого микроскопа было делом чрезвычайной трудности и требовало исключительного умения. Достаточно сказать, что для микроскопа нужно было выточить линзы диаметром около 3,5 миллиметра и толщиной в несколько десятых миллиметра. При этом все размеры должны были быть выдержаны очень точно.

Кулибин не забыл и завод, тот стекольный завод, на котором он побывал сразу по приезде. Иван Петрович механизировал процесс производства стекла. Сконструировал устройства для подачи тиглей из печи и для разлива стекла. Эти механизмы облегчили труд работных людей и позволили делать листовые зеркальные стекла таких размеров, какие не изготовлялись ни в одной стране.

В академических мастерских у Кулибина были ученики. Он обучал их всему тому, что знал сам, ни из чего не делая секрета. Многие его ученики стали впоследствии хорошими мастерами.

Кулибин и сам настойчиво занимался, доставал книги, читал, непонятное спрашивал у ученых академии. И хотя работе в мастерских он отдавал много сил, всё же не переставал думать над разрешением больших технических задач, связанных с развитием родной страны. Его интересовали вопросы судоходства, сооружения мостов, изобретения новых приборов – всё, что могло служить народу для улучшения его жизни.

Глава 6. ЧУДЕСНЫЙ МОСТ


Между Васильевским островом и Адмиралтейской стороной, как раз против того места, где строился памятник Петру I, наведен наплавной Исаакиевский мост. Он построен на барках, поставленных от одного берега к другому на некотором расстоянии друг от друга. Этот мост являлся единственным мостом, соединявшим две большие части города.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное