Не давая подробного анализа состояния различных отраслей науки в городах, что подробно освещалось уже в ряде монографических исследований и статей, отметим одну важную сторону этого вопроса. Горожане уделяли большое внимание развитию науки, обучались в различных школах, их дети посещали занятия грамматиков и риторов, занимались ораторским искусством. Врачи, архитекторы, представители различных наук пользовались в городах большим авторитетом, из их среды выходили государственные деятели.
Об уровне образованности и развития науки в деревнях мы знаем гораздо меньше. Отчасти судить об этом можно по изображениям на надгробных рельефах общинников. Они в известной мере отражают культурный уровень сельского жителя, круг его интересов.
Известны имена нескольких резчиков по камню, мастеров своего дела, которые на выполненных ими памятниках оставляли свои имена. Аврелий Татиан, показал на надгробном памятнике Аврелия Александра, сына Трофима, чем жил и интересовался его «заказчик», также сельский житель: мы видим прялку, веретено, стиль, таблички для письма, мешок, завязанный шнурком. Внизу — пара запряженных в плуг быков, гирлянда из виноградных листьев и грозди винограда. Несомненно, что Аврелий Александр был земледельцем, как и все жители этой общины, имел быков и обрабатывал участок земли. Однако стиль и таблички для письма говорят о его более высоком культурном уровне по сравнению с рядовым крестьянином (МАМА, VI, № 275), о чем свидетельствует и ономастика.
Надпись МАМА, V, № 111 знакомит нас с членами семьи, жившей неподалеку от Дорилея (совр. Султандере). Отца звали Эпафродит. Это обычно свидетельствует о том, что он был сначала рабом, а затем вольноотпущенником. Мать звали Гедоне. Детей своих они назвали Хрисогон, Евтюх, Афродисия и Элевтерос. Характерно, однако, что эта семья, несмотря на греческие имена всех ее членов, поклоняется местному культу Зевса Бронтонта и ставит алтарь, на котором, кроме надписи, имеется изображение орла с распростертыми крыльями.
Членов другой семьи зовут Гелиос и Гетия (МАМА, VI, № 279). Имя Γηθια, которое издатели VI тома МАМА считают негреческим, в своде имен Л. Згусты отсутствует. Встречается оно в эпиграфике Малой Азии лишь этот единственный раз. Гелиос — имя греческое, но в качестве личного имени встречающееся довольно редко.
Известен также Гелиос (без патронимикона) из восточной Фригии, совр. Моданли (МАМА, VII, № 404). Имя это имело и разновидности, например Гелиофон из местечка Сари Кайа в восточной Фригии (МАМА, VII, № 401).
К греческим именам следует отнести и имя Гермодик, которое носил житель сельского поселения, расположенного в юго-западной части Ликаонии (совр. Ковак). Родители его, как и он сам, были, видимо, греками: имя его созвучно имени Гармодия, одного из участников знаменитого заговора против Писистратидов (514 г. до н. э.).
Заслуживает быть отмеченным и имя Диадумен, ассоциирующееся с известной статуей Поликлета. В Малой Азии его носил раб, бывший сначала рабом в императорском имении, а затем живший около античной Lysias (в 60 км к югу от Афьон Карахисара). В надписи он называется ίππει… (МАМА, IV, № 114). По поводу данной надписи, найденной в самом центре местных сельских поселений Малой Азии, следует сказать следующее.
Несмотря на неполноправное положение этой семьи императорских рабов, глава ее носил чисто греческое и редко встречающееся имя Диадумен. Текст надписи написан на чистом греческом языке без каких-либо «местных» отклонений. Профессия главы семьи неясна — издатель предполагает восстановление текста ίππεια ρός. Эти обстоятельства указывают на определенный уровень культуры в этом сельском поселении.
Любопытны имена, встретившиеся в одной из надписей, найденных в районе Адрианополя (МАМА, VII, № 169). Там жила женщина по имени Γης Πανιδος. Слово Γης в качестве женского имени в Малой Азии вообще отсутствует. Имя ее отца в номинативе, видимо, Πανις, если генетив его Πανίδος. Згуста (§ 1197-1, стр. 405) отмечает, что, кроме этого случая, больше оно не встречается. Возможно, что имя Πανις — это написанное греческими буквами латинское слово panis.