Читаем Культурное пространство «Киммерия Максимилиана Волошина». Вып. 1 полностью

Мне было сказано:Не светлым лирником, что нижетШирокие и щедрые словаНа вихри струнные, качающие душу, –Ты будешь подмастерьемСловесного, святого ремесла,Ты будешь кузнецомУпорных слов,Вкус, запах, цвет и меру выплавляяИх скрытой сущности, -Ты будешьКовалом и горнилом,Чеканщиком монет, гранильщиком камней.Стих создают – безвыходность, необходимость, сжатость,Сосредоточенность…Нет грани меж прозой и стихом:Речение,В котором все слова притерты,Пригнаны и сплавлены,Умом и терпугом, паялом и терпеньем,Становится лирической строфой, -Будь то страницаТацитаИль медный текст закона.Для ремесла и духа – единый путь:Ограничение себя.Чтоб научиться чувствовать,Ты должен отказатьсяОт радости переживаний жизни,От чувства отрешиться радиСосредоточья воли;И от воли – для отрешенности сознанья.Когда же и сознанье внутри себя ты сможешь погасить –ТогдаИз глубины молчания родитсяСлово,В себе несущееВсю полноту сознанья, воли, чувства,Все трепеты и все сиянья жизни.Но знай, что каждым новымОсуществлениемТы умерщвляешь часть своей возможной жизни:Искусство живо –Живою кровью принесенных жертв.Ты будешь СтранникомПо вещим перепутьям Срединной АзииИ западных морей,Чтоб разум свой ожечь в плавильных горнах знанья,Чтоб испытать сыновность и сиротствоИ немоту отверженной земли.Душа твоя пройдет сквозь пытку и крещеньеСтрастною влагою,Сквозь зыбкие обманыНебесных обликов в зерцалах земных вод.Твое сознанье будетПотеряно в лесу противочувств,Средь черных пламеней, среди пожарищ мира.Твой дух дерзающий познает притяженьяСозвездий правящих и волящих планет…Так, высвобождаясьОт власти малого, беспамятного «я»,Увидишь ты, что все явленья –Знаки,По которым ты вспоминаешь самого себя,И волокно за волокном сбираешьТкань духа своего, разодранного миром.Когда же ты поймешь,Что ты не сын земле,Но путник по вселенным,Что солнца и созвездья возникалиИ гибли внутри тебя,Что всюду – и в тварях, и в вещах – томитсяБожественное Слово,Их к бытию призвавшее,Что ты освободитель божественных имен,Пришедший изназватьВсех духов – узников, увязших в веществе,Когда поймешь, что Человек рожден,Чтоб выплавить из мираНеобходимости и Разума –Вселенную Свободы и Любви, –Тогда лишьТы станешь Мастером.24 июня 1917 Коктебель

Поэту

1

Горн свой раздуй на горе, в пустынном месте над моремЧеловеческих множеств, чтоб голос стихии широкоДушу крылил и качал, междометья людей заглушая.

2

Остерегайся друзей, ученичества шума и славы.Ученики развинтят и вывихнут мысли и строфы.Только противник в борьбе может быть истинным другом.

3

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Альфред Адлер , Леонид Петрович Гроссман , Людмила Ивановна Сараскина , Юлий Исаевич Айхенвальд , Юрий Иванович Селезнёв , Юрий Михайлович Агеев

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное