Стоило только ей положить первую ягоду внутрь и начать прожевывать как она закашлялась и умоляла дать ей воды. Немного запаниковав, мы все дали ей по кружке, чуть не столкнувшись и не вылив на нее все содержимое, но из этого выбора Види взяла мою. Приятно.
— В моем рту будто пустыня, кха! Это есть невозможно!
— Ну как, ты намерена и дальше сама все делать или лучше все вместе пострадаем?
Ее настрой сменился, по монолиту пошла трещина и она, с нажимом, но уступила. Дальше просто тянули жребий.
— Знаете, а ничего так, сладко. — Прокомментировала Рюн, прожевывая следующей. — Я, пожалуй, проглочу…
Вывернуло ее довольно быстро. Я как раз успела куснуть гриб без вкуса. Просто как будто резина какая-то, его маленький кусок даже не собирался дробиться даже на две части. Его явно как-то надо обработать прежде чем есть, это в сыром виде никто не захочет себе на стол.
То, что мы отобрали, кончилось довольно быстро. Выводы были не утешающие. Либо мы что-то делаем неправильно, либо нам просто не везет. Либо, что самое паршивое, мы настолько привыкли к столовской жиже, что теперь нормально ничего не переваривается. Но ведь с еды из кристалла нас же не вывернуло!
Теперь надо на нашем мангале что нибудь попробовать. Не зря же мы с ним маялись.
Разместились мы с нашим скарбом вдалеке от тренировочной площадки, но технически в ее границах. Здесь даже местами трава сквозь землю пробивалась, так что это был серьезный показатель заброшенности этого угла от любительниц все сжечь/сдуть/аннигилировать и прочих способов сделать природе побольнее.
— Вы точно уверены в том, что вы собираетесь делать? — Еще раз оглядела нас Лия, стараясь не заплакать от нашей «подготовки». Ну да, близняшки-алхимички отказались пускать нас к себе или хоть немного помочь, так что у нас сейчас было все собранное своими руками.
— Да забей, разве не весело было это собирать? — пнула Рюн наш стол, который подозрительно зашатался — ножки обрезали криво.
Девушка не нашлась чего ответить, так что мы начали нарезать наши ингредиенты. Раз сегодня у нас мангал, то и буду пытаться делать шашлык. Уж я его никогда в жизни не запарывала! Правда с рыбой я его делать еще не пыталась. Но ничего, все бывает в первый раз!
С ее чисткой мы сильно зае… намаялись. Она будто вся по периметру была пронизана тончайшими волокнами, эластичными. Но крепкими, зараза! Хотя, Рюн это не мешало их рвать руками, но туша от этого страдала очень сильно.
Но как-то справились, чтобы столкнуться со следующей проблемой. Потрошение. Примерно здесь львиная доля энтузиазма пропала у всех. Неприглядные внутренности неизвестного существа заставили девушек, видевших и не такое, покрываться гусиной кожей от факта прикосновения к ним — противно. И сжигались они очень быстро с помощью Види, не желавшей это видеть и вдыхать ни одну лишнюю секунду.
Итого перед нами мясо. Голубоватое. Для остальных вроде как нормально, взгляд не воротят, а вот мне уже хочется прерваться. Приходилось каждый раз напоминать себе еду в школе, где и не такое давали. Но ведь взяли же гиены откуда-то мясо привычного мне вида! Я тоже его хочу! Хоть обратно к ним идти на поклон и просить поделиться секретами. Даже отложу где-нибудь в голове этот план на будущее, если у нас совсем ничего не получится найти своими силами.
Вытаскивать странного вида кости, что напоминали крылья, было еще одной задачей, на которой сдались почти все. «Жень, проще брать в столовой», говорили злые языки. А я хочу свое! И я его, черт возьми, сделаю!
Топили чем придется. Когда голубоватый цвет начал переходить от жара в фиолетовый мне хотелось все бросить и сказать, что это бесполезно, оно просто не работает по известным мне правилам. Но сдержалась. Девчонки и так сильно расстроились неудачами, надо хоть для вида сохранять оптимизм, и желательно перекинуть его на них обратно.
А запах был… Ну, скажем так, вначале не слишком побуждающий на подвиги. Но время шло, и он исправлялся, будто прося прощение за отвратительное первое впечатление. Скоро у нас появились случайные зеваки, которым стало интересно, что это у нас такое.
Девчоки пытались им отвечать, но им быстро наскучивало смотреть, как я просто переворачиваю шампура с чем-то непонятным. Видимо совсем привыкли к жиже. Хотя, стоит признать, примерно треть оставалась и задавала еще больше вопросов по типу «где вы это взяли?», «это съедобно?».
По крайней мере, вывернутые наизнанку этой сложной в обработке рыбиной девушки воспряли вновь. Я сама же, пользуясь подсказками Уликуми, буквально обеспечивала своей авантюре рекламу, отвечая максимально обтекаемо на каверзные вопросы. Черт, как же жалко, что у меня нет никаких специй, кроме несчастной соли, которая, надеюсь, во всех мирах одинаковая. Маринад бы скрыл любой вкус — продавец шаурмы возле моего дома, которого посадили за отравление десятка человек подтвердит.