Господи боже, да о ком таком мы говорим? Прямо демоническую какую-то особу Ленц описал. Но демонов не бывает, это выдумки кинематографистов и фольклористов. Как, кстати, и дедайтов, и зомби, и еще много кого. Да и вообще зла в чистом виде не существует, как, впрочем, и добра. Вон я недавно контракт один получил, надо было кикимору в Дубненском районе прикончить за то, что та жену и дочку какого-то серьезного бизнесмена на болота заманила и там утопила. Не знаю уж, какая болотная жижа ей в голову ударила, чем ей те помешали, но факт есть факт. Тем более что безутешный муж и отец, которого в офис приволок его приятель и мой бывший клиент, заплатил не торгуясь, а по тарифам такая работа стоит сильно недешево. Болото место неприятное, опасное и вонючее, за такие заказы я беру оплату по высшей ставке.
Кстати, он отчего-то мне поверил сразу, еще до того, как я, чтобы убедиться в своих предположениях, ему несколько фотографий показал, на которых были запечатлены жертвы кикимор. У этой нечисти есть свой стиль и почерк, единый для всех представителей данного вида, его ни с чем не спутаешь. И тела жертв они никогда у себя в болоте не оставляют, всегда на берег выкидывают. Хотя, ради правды, и убивают очень нечасто. Погонять бедолагу по хлябям, попугать охами, ахами и огоньками – это можно, загнать поглубже в трясину – тоже. Но смертоубийство… Единственное, может эти бедолаги чего не то сказали, находясь на ее территории? Болотные Хозяйки сильно обидчивы.
Заказ я выполнил, причем без особых проблем. Обычная работа, ничего нового. Пока кикимора гонялась по болоту за нанятыми на ближайшей железнодорожной станции местными ханыгами, во всю глотку вопящими разные непристойности в ее адрес, я отыскал логово, а там и до заветной захоронки добрался, той, в которой соломенная куколка-чучелко лежит. Зачем? Так в том чучелке ее жизнь. Кикимора она ведь не от сырости завелась, она когда-то кем-то была. Может, девчушкой малой, некрещеной, которая забрела в эти топи и тут утонула, а после из темной чарусьи обратно вылезла уже не человеком, а нечистью, может, душой нерожденного младенца, того, которого зачали где-то здесь, на берегу болота, а после в абортарии по просьбе матери из нее выскребли. Да там много вариантов, и все они так себе.
Но одно неизменно – где-то лежит вот такая куколка соломенная, в которой осталась та искра прежней жизни, что держит кикимору на этом свете. Эдакий, прости Господи, крестраж. Найди его, а дальше все просто. Неотрывно глядя на кикимору, запали можжевеловую ветку, зажги с нужными словами это чучелко - и сгорит его обладательница, останется от нее только куча тряпья да желтый кривой зуб. Нет, можно, конечно, и по-другому болотную обитательницу извести, так, как в старину богатыри делали. То есть колпак железный надеть, вилы да рогатину с собой взять, да и пойти геройствовать, при этом в грязи перемазаться по самые не хочу и воды болотной наглотаться. Но зачем? Можно всё решить проще, надо только держать глаза открытыми, не хлопать ушами, и не лениться много читать, причем желательно первоисточники в Ленинской библиотеке. А, ну и головой думать, а не задницей, разумеется.
Так вот – сгорела кикимора, я зуб ее забрал и уходить в сторону берега собрался, где ханыги костерок уже разложили и пузырь с водкой по рукам пустили, как пожаловал болотник. Я сначала напрягся, подумал, что драться придется, а мне этого очень не хотелось, и так башка от удушливого трясинного газа уже раскалывалась. Но нет, тот на тряпье сгинувшей супруги упал, стал слезами заливаться и причитать, что, мол, он сколько раз ее просил живые души без нужды не губить, что рано или поздно ей это дело боком выйдет. Ну, а ко мне ноль претензий, потому что я в своем человеческом праве.
К чему рассказал – что тут добро? Что зло? Так-то кикимора по всему выходит злодейка, но любил же за что-то ее тот, похожий на большую лягушку, болотник? Зацепила она его чем-то.
Но вообще странно. По всему выходит, что мой потенциальный заказчик персона в подлунном мире значимая, весомая, и в Москве, отдельно заметим, известная. Так почему я о ней ничего не слышал? Ведь должен был. Мое агентство открылось не вчера, до того я без него тем же самым занимался какое-то время и со всей определенностью могу сказать – мне известны почти все мало-мальски значимые обитатели ночного города. Про рядовых вурдалаков или гулей речь, разумеется, не идет, но те, кто стоит над ними, мне знакомы лично или я о них слышал.
И на тебе, получил такой поджопник по самолюбию.
- Не хочешь говорить имя – твое право – сказал я – Но ты хоть намеки какие-то дай. Он из людей или нет? В Москве живет или где в другом месте?
- Отличный виски – Ленц взял в руку бутылку, что принес официант и знаком велел ему покинуть кабинет – Двадцать пять лет выдержки. И, заметь, оригинальный, не польский контрафакт, которым все забито.
- Не хочешь? – напрямую спросил я.
- Не хочу – подтвердил Арвид, разливая спиртное по стаканам – Надеюсь, ты не затаишь на меня за это обиду?