Читаем Легко полностью

Когда стемнеет, меня здесь уже не будет, даю слово. Уже сейчас этот вечерний, желтый свет, как вода из мутного болотца, меня здорово раздражает.

Мне никогда не нравилось это время года. Коричневато-серые холмы с черно-зелеными пятнами сосновых насаждений покрылись раскропленными каплями разных мутных оттенков, от лимонного до серо-зеленого, только пока это еще ровно ничего не значит, никакая это не весна, а сплошной блеф. У меня дома почерневшие сугробы счищенного снега только-только наконец растаяли, оставив после себя на траве и грязи пятна цвета свежей сажи. И так оно и будет, вплоть до апреля. За домом цветут клены, все другие деревья только сейчас погнали соки и ожили. Март уже по определению — просто неудачная имитация чего-то иного; но март — вот он, уже на носу!

Я стою перед полуразвалившейся стеной дома. Через пробоину проглядывает раскрошившийся кирпич, а на сантиметровой паутине повис паук, ссохшийся, вероятно, от отчаяния. Или замерзший. Покачиваясь на едва заметном ветерке. Может быть, он сохранился с тех пор, когда дом был целым. А сейчас надеяться на новую паутину, по-видимому, более нет смысла. Вокруг — деревья, такие же безнадежно серые, как будто выросли по соседству с цементным заводом.

Когда я сделал шаг, песок заскрипел под ногами. Вообще лучше как можно меньше передвигаться. Гравий на дороге размыт, так что ходить нужно очень осторожно. Само по себе это мне не мешает, в жизни никогда не терял самообладания из-за капли нечистот, тем более что предусмотрительно оделся и обулся по-спортивному. Только вот эта тишина. Почти как на кладбище. Вокруг — ни души, и любой случайный звук вызывает испуг у этих деревьев, привыкших к абсолютной тишине. Резиновые шины тяжелых грузовиков и экскаваторы виноваты в этом. Хотя, наверное, и раньше было немногим лучше. Только сейчас — растительности уцелело только на один ободранный куст. Все разрушено, остались только бетон, перевернутая мебель, кирпич, щебень, какие-то доски, куски мебели. Мутная пена, всплывшая на воде на месте потонувшего корабля.

Все вместе выглядит так, как будто бывший хозяин по плохо скопированным инструкциям «сделай сам» готовил основные средства вооружения для террористов. На другом конце бывшего двора находится огромная куча, накиданная экскаватором и оставленная на полпути. Плиты ломаного бетона, куски стекла, фарфора, зеркал, саронитового покрытия, бутылки. Где-то видны остатки детского велосипеда, ДСП, почти целый шкаф, по краям дерево набухло от дождя и треснуло. Часть какого-то корпуса, гвозди, выгнутая рама с лопнувшей шиной, кусочек гипсовой Девы Марии — элементы этнографии. Разноцветный пластик, старые «лысые» автопокрышки, алюминиевый бидон, по-видимому для молока, грязный и почерневший. Давно пожелтевшие праисторические газеты, безнадежно устаревшие задолго до того, как ветер разнес их по округе. Может быть, это даже газеты восьмидесятых годов, в которых сообщается о визите генерального секретаря Движения неприсоединения, самого товарища Мугабе[18] (который и по сей день весьма уважаемая личность). И посередине всего этого армагеддона стоит сарай. Да, обычный словенский сарай, который уже миллион раз показывали по телевизору; по слухам, стоит он здесь только потому, что это было единственная легальная постройка, зарегистрированная еще прежним владельцем, правда в качестве пчелиного улья. Пчелиного улья!:) Да тут кто-то явно жил. Но он пустой, нет ни одного знака, что там кто-то живет, ни сумки, ни тряпки, ничего, хоть немного более чистого или более целого, чем весь хлам на этой площадке.

О нашей девице ни слуху ни духу. Все, что хотя бы отдаленно напоминает одежду или разноцветные платки, валяется снаружи, на земле, размокшее и грязное.

В бочке с дождевым желобом, стоящей рядом с остатками разбитой напольной бетонной плиты, плавает какая-то потонувшая живность, я ее заметил уже раньше, еще издалека, неотчетливо. Похоже, это какой-то огромный грызун, типа бобра. Может, нутрия? Понятия не имею. Я здесь вовсе не на прогулке. Я просто жду.

Жду самое фантастическое любовное свидание в своей жизни. Да, думаю, когда работа — свидание, а свидание — работа, это уже слишком. Действительно, забавно.

Ну хорошо, я не один, у меня охрана, здесь, недалеко, я вне опасности. А она должна быть одна. Конечно, никто этого гарантировать не может. Вполне вероятно, что она по дороге кого-то подобрала, так сказать, в целях личной безопасности, на всякий случай. Она знает достаточное количество цыган, что с Кочевья или из Ново-Места. Да и не будет же она всю дорогу идти пешком, это ясно. Кто-то должен был ее сюда привезти, кто-то, кому она доверяет. Ну, в принципе это все равно. В том смысле, что я не боюсь, мне совсем не страшно и это ничего не меняет.

Что за дурацкая идея! Приманка. Министр. Свидание в слепую. Хваленая полицейская находчивость!

Перейти на страницу:

Все книги серии Словенский глагол

Легко
Легко

«Легко» — роман-диптих, раскрывающий истории двух абсолютно непохожих молодых особ, которых объединяет лишь имя (взятое из словенской литературной классики) и неумение, или нежелание, приспосабливаться, они не похожи на окружающих, а потому не могут быть приняты обществом; в обеих частях романа сложные обстоятельства приводят к кровавым последствиям. Триллер обыденности, вскрывающий опасности, подстерегающие любого, даже самого благополучного члена современного европейского общества, сопровождается болтовней в чате. Вездесущность и цинизм анонимного мира массмедиа проникает повсюду. Это роман о чудовищах внутри нас и среди нас, оставляющих свои страшные следы как в истории в виде могильных ям для массовых расстрелов, так и в школьных сочинениях, чей слог заострен наркотиками. Автор обращается к вопросам многокультурности.Литературно-художественное издание 16+

Андрей Скубиц , Андрей Э. Скубиц , Таммара Уэббер

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Измена. Я от тебя ухожу
Измена. Я от тебя ухожу

- Милый! Наконец-то ты приехал! Эта старая кляча чуть не угробила нас с малышом!Я хотела в очередной раз возмутиться и потребовать, чтобы меня не называли старой, но застыла.К молоденькой блондинке, чья машина пострадала в небольшом ДТП по моей вине, размашистым шагом направлялся… мой муж.- Я всё улажу, моя девочка… Где она?Вцепившись в пальцы дочери, я ждала момента, когда блондинка укажет на меня. Муж повернулся резко, в глазах его вспыхнула злость, которая сразу сменилась оторопью.Я крепче сжала руку дочки и шепнула:- Уходим, Малинка… Бежим…Возвращаясь утром от врача, который ошарашил тем, что жду ребёнка, я совсем не ждала, что попаду в небольшую аварию. И уж полнейшим сюрпризом стал тот факт, что за рулём второй машины сидела… беременная любовница моего мужа.От автора: все дети в романе точно останутся живы :)

Полина Рей

Современные любовные романы / Романы про измену