Читаем Лекарство для разбитых сердец (ЛП) полностью

— Я все подписала, чтобы ты знала, сколько каких идет в каждый набор. Постарайся, чтобы они выглядели опрятно и по порядку, когда будешь складывать в пакет, а потом запечатывай. В самом конце прикалывай лист со схемой к верху пакета. — Зазвонил дверной колокольчик. — Вопросы есть?

— Думаю, я поняла, — сказала Селия, взяв один из пакетов.

— Чудесно. Тогда я пойду займусь делом за прилавком. Если понадоблюсь, приходи за мной.

Нэнси улыбнулась и пошла в переднюю часть магазина.

Мысли Селии устремились к последним дням. Еще и недели не прошло с той ночи в Чикаго, когда Дэмиен ввалился к ней в комнату, и вот она уже в Систерс, штат Орегон. Это было удивительно. Полюбит ли она это место так же, как мама? Одно она знала точно. Она никогда не вернется в Чикаго. С нее хватит печали, разочарований, отказов и жестокости. За один день она увидела больше доброты, чем за все время после Хандли.

Солнце уже садилось, когда Селия вышла из «Мира шитья» с сумкой, в которой лежали детали солнечного одеяла, инструкция и коробочка с иголками и нитками. Она торопливо пересекла улицу и, обернувшись, посмотрела на горы, о которых рассказывала ей Нэнси. Они возвышались на расстоянии, фиолетовые в вечерних сумерках, их пики еще были покрыты снегом, который светился розовым в угасающем свете. Три сестры. Вера, Надежда и Сострадание. Имена были идеальными, и на краткий миг Селия почувствовала, что находится именно там, где и должна.

<p>Глава 8</p>

Когда в воскресенье днем Перл вошла в гостиную, Селия сидела у незажженного камина и кропотливо сшивала лоскутный мотив.

— Дай-ка посмотреть, над чем ты работаешь. — Перл наклонилась к творению Селии.

— Я еще мало сделала. У меня не очень хорошо получается.

Перл взяла ее работу в руки. Селия сшила всего шесть лоскутков, но стежки получались маленькими и ровными.

— На вид очень хорошо. Какой приятный способ провести воскресный день.

— Спасибо.

Селия забрала рукоделие обратно и принялась орудовать иголкой.

Перл села в кресло напротив Селии и стала наблюдать за ее работой. Селия, должно быть, почувствовала ее взгляд, потому что подняла голову.

— Что-то не так?

— Нет. Просто думаю, — сказала Перл.

Они несколько минут сидели молча, прежде чем Перл снова заговорила:

— Селия, я должна возвращаться в Калифорнию.

Если бы Перл не наблюдала за лицом Селии, она бы пропустила промелькнувшую на нем панику, которая быстро сменилась на бесстрастное выражение, хорошо знакомое Перл. Это было то выражение, которое Селия показывала миру, когда возводила стены, чтобы защитить себя, и от этого выражения у Перл болело сердце.

— Этим утром я разговаривала с Нэнси. Днем она печет лимонный пирог с меренгой и пригласила нас попробовать. — Перл на секунду замолчала, но не получив от Селии никакой реакции, продолжила: — Я не знаю, насколько Нэнси хороший кулинар. Возможно, пирог будет ужасным. Но мне кажется, что она из тех женщин, которые могут испечь вкуснейший пирог, так что я думаю, что нам следует попытаться. Хочешь пойти со мной?

Селия пожала плечами:

— Если вы хотите, чтобы я пошла с вами, я пойду.

— Это не я прошу тебя пойти. Нэнси просит. По-моему, ты ей очень нравишься. Ты можешь показать ей, сколько уже сшила.

— Полагаю, да.

Перл надеялась на более воодушевленный ответ, но сойдет и так. Важно было привести Селию к Нэнси.

— Я устала, — сказала Перл, вставая. — Я собираюсь прилечь и оставлю тебя с твоим шитьем. Дженни оставила на кухне несколько сэндвичей, так что поешь, когда проголодаешься.

— Спасибо.

Перл остановилась на лестнице.

— Думаю, Дженни не будет возражать, если ты включишь телевизор, пока работаешь.

— Все нормально. Мне нужно подумать. — Голос Селии звучал печально, но она подняла глаза на Перл и устало улыбнулась ей.

Бедная девочка. Иногда кажется, что Господь посылает своим детям слишком много страданий. Перл коснулась жемчужного гребня у себя в волосах. Она и сама знала кое-что о боли. Она вознесла молчаливую молитву о том, чтобы после сегодняшнего визита к Нэнси у Селии стало чуть больше надежды.

* * * 

На крыльце спал золотистый ретривер. он лениво поднял голову и вяло гавкнул, когда Перл и Селия вышли из «Тойоты», которую Перл вчера забрала из мастерской.

— Я думала, ваша собака черная, — сказала Перл, когда Нэнси открыла дверь.

— Моя черная. Уинстон — собака Сайласа.

Услышав свое имя, Уинстон опять на секунду оторвал голову от крыльца, прежде чем вернуться ко сну.

— Проходите.

Когда они вошли в уютный домик, от аромата теплых лимонов у Селии потекли слюнки. Старый черный лабрадор медленно пересек комнату и встал рядом с ней. Селия опустилась на колени и погладила собаку между ушей.

— Это Нубия, — сказала Нэнси.

— В честь древней цивилизации? — спросила Перл.

— Нет. В честь сорта баклажанов.

Перл засмеялась:

— Я люблю баклажаны.

— Вы бы влюбились в мой огород за эти годы. Я известна как лучший производитель баклажанов в округе. Я выращиваю как минимум двадцать сортов.

— Двадцать? Я не знала, что их так много.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Измена. Я от тебя ухожу
Измена. Я от тебя ухожу

- Милый! Наконец-то ты приехал! Эта старая кляча чуть не угробила нас с малышом!Я хотела в очередной раз возмутиться и потребовать, чтобы меня не называли старой, но застыла.К молоденькой блондинке, чья машина пострадала в небольшом ДТП по моей вине, размашистым шагом направлялся… мой муж.- Я всё улажу, моя девочка… Где она?Вцепившись в пальцы дочери, я ждала момента, когда блондинка укажет на меня. Муж повернулся резко, в глазах его вспыхнула злость, которая сразу сменилась оторопью.Я крепче сжала руку дочки и шепнула:- Уходим, Малинка… Бежим…Возвращаясь утром от врача, который ошарашил тем, что жду ребёнка, я совсем не ждала, что попаду в небольшую аварию. И уж полнейшим сюрпризом стал тот факт, что за рулём второй машины сидела… беременная любовница моего мужа.От автора: все дети в романе точно останутся живы :)

Полина Рей

Современные любовные романы / Романы про измену