Читаем Ленинградский дневник (сборник) полностью

Сегодня вновь растрачено душина сотни лет,на тьмы и тьмы ничтожеств…Хотя бы часть ее в ночной тиши,как пепел в горсть, собрать в стихи…И что же?Уже не вспомнить и не повторитьвысоких дум, стремительных и чистых,которыми посмела одаритьлжецов неверующих и речистых.И щедрой доброте не просиять,не озарить души потайным светом;я умудрилась всю ее отдатьжестоким, не нуждающимся в этом.Всё роздано: влачащимся – полет,трусливым и безгласным – дерзновенье,и тем, кто всех глумливей осмеет, –глубинный жемчуг сердца – умиленье.Как нищенка, перед столом стою.Как мать, дитя родившая до срока.А завтра вновь иду и отдаювсё, что осталось, не приняв урока.А может быть – мечты заветней нет, –вдруг чье-то сердце просто и открытотакую искру высечет в ответ,что будут все утраты позабыты?1949

<Триптих 1949 года>

1

Я не люблю за мной идущих следомпо площадями улицам.Мой путь –мне кажется тогда –стремится к бедам:Скорей дойти до домакак-нибудь.Они в затылок дышат горячо…Сейчас положат рукуна плечо!Я оглянусь: чужимипритворятся,прохожими…Но нас не обмануть: к беде –к БЕДЕ –стремглавидет мой путь.О, только бы: скорей. Домой.УкрытьсяДойти и заперетьсяи вернуться.Во что угодно сразупогрузиться:в вино!в заботы!в бесполезный труд…Но вот уж много дней,как даже домаменя не покидает страхзнакомый,что по СледамИдущие –придут.

2

Не будет домаили будет доми легче будетиль еще печальней –об этом годе расскажу потом,о том, как сталоничего не жаль мне.Не жаль стареть.Не жаль тебя терять.Зачем мне красота, любовьи дом уютный, –затем, чтобы молчать?Не-ет, не молчать, а лгать.Лгать и дрожать ежеминутно.Лгать и дрожать:а вдруг – не так солгу?И сразу – унизительная кара.Нет. Больше не хочу и не могу.Сама погибну.Подло – ждать удара!Не женское занятье: пить вино,по кабакам шататься в одиночку…Но я – пила.Мне стало все равно:продлится ли позорная отсрочка.Мне только слез твоихпоследних жаль,в то воскресенье,в темный день погони,когда разлуки каторжная дальоткрылась мне –ясней, чем на ладони…Как плакал ты!Последний в мире светмне хлынул в душу –слез твоих сиянье!Молитвы нет такойи песни нет,чтобы воспеть во мнетвое рыданье.Но… Даже их мне не дают воспеть…В проклятой немоте изнемогаю…И странно знать,что вот придет другая,чтобы тебе с лица их утереть…Живу – тишком.Живу – едва дыша.Припоминая, вижу – повсеместноследы свои оставила душа:то болью, то доверием, то песней…Их время и сомненье не сотрет,не облегчить их никаким побегом,их тут же обнаружити придети уведет меня –Идущий Следом…Осень 1949
Перейти на страницу:

Все книги серии Русская классика

Дожить до рассвета
Дожить до рассвета

«… Повозка медленно приближалась, и, кажется, его уже заметили. Немец с поднятым воротником шинели, что сидел к нему боком, еще продолжал болтать что-то, в то время как другой, в надвинутой на уши пилотке, что правил лошадьми, уже вытянул шею, вглядываясь в дорогу. Ивановский, сунув под живот гранату, лежал неподвижно. Он знал, что издали не очень приметен в своем маскхалате, к тому же в колее его порядочно замело снегом. Стараясь не шевельнуться и почти вовсе перестав дышать, он затаился, смежив глаза; если заметили, пусть подумают, что он мертв, и подъедут поближе.Но они не подъехали поближе, шагах в двадцати они остановили лошадей и что-то ему прокричали. Он по-прежнему не шевелился и не отозвался, он только украдкой следил за ними сквозь неплотно прикрытые веки, как никогда за сегодняшнюю ночь с нежностью ощущая под собой спасительную округлость гранаты. …»

Александр Науменко , Василий Владимирович Быков , Василь Быков , Василь Владимирович Быков , Виталий Г Дубовский , Виталий Г. Дубовский

Фантастика / Проза о войне / Самиздат, сетевая литература / Ужасы / Фэнтези / Проза / Классическая проза

Похожие книги

Ада, или Радости страсти
Ада, или Радости страсти

Создававшийся в течение десяти лет и изданный в США в 1969 году роман Владимира Набокова «Ада, или Радости страсти» по выходе в свет снискал скандальную славу «эротического бестселлера» и удостоился полярных отзывов со стороны тогдашних литературных критиков; репутация одной из самых неоднозначных набоковских книг сопутствует ему и по сей день. Играя с повествовательными канонами сразу нескольких жанров (от семейной хроники толстовского типа до научно-фантастического романа), Набоков создал едва ли не самое сложное из своих произведений, ставшее квинтэссенцией его прежних тем и творческих приемов и рассчитанное на весьма искушенного в литературе, даже элитарного читателя. История ослепительной, всепоглощающей, запретной страсти, вспыхнувшей между главными героями, Адой и Ваном, в отрочестве и пронесенной через десятилетия тайных встреч, вынужденных разлук, измен и воссоединений, превращается под пером Набокова в многоплановое исследование возможностей сознания, свойств памяти и природы Времени.

Владимир Владимирович Набоков

Классическая проза ХX века
Переизбранное
Переизбранное

Юз Алешковский (1929–2022) – русский писатель и поэт, автор популярных «лагерных» песен, которые не исполнялись на советской эстраде, тем не менее обрели известность в народе, их горячо любили и пели, даже не зная имени автора. Перу Алешковского принадлежат также такие произведения, как «Николай Николаевич», «Кенгуру», «Маскировка» и др., которые тоже снискали народную любовь, хотя на родине писателя большая часть их была издана лишь годы спустя после создания. По словам Иосифа Бродского, в лице Алешковского мы имеем дело с уникальным типом писателя «как инструмента языка», в русской литературе таких примеров немного: Николай Гоголь, Андрей Платонов, Михаил Зощенко… «Сентиментальная насыщенность доведена в нем до пределов издевательских, вымысел – до фантасмагорических», писал Бродский, это «подлинный орфик: поэт, полностью подчинивший себя языку и получивший от его щедрот в награду дар откровения и гомерического хохота».

Юз Алешковский

Классическая проза ХX века