Акула отплясывал с морской коровой, неповоротливой, как кусок скалы, но очень добродушной и весёлой. Габриэль в воздухе кружил с морской свинкой и оба хохотали. Рыбакот танцевал с водяной крысой. У крысы была серьга в ухе и повязка на глазу, как у пирата.
Солировала же им огромная розово-голубая медуза. Точнее, она думала, что солировала, так как наши друзья вообще не услышали её голоса. То есть рот она открывала, а звука не было. Но видимо это никого не смущало, потому что народ веселился вовсю. Свинки хлопали крыльями, ящерицы отбивали своими хвостами в такт музыке, а многочисленные рыбки хлопали плавниками по воде, образовывая маленькие пенистые бурунчики. Океан стал похож на кипящее молоко. Медуза продолжала открывать рот, её щупальца колыхались, казалось, будто на ней одето вечернее платье (возможно, так и было). Рыба-молот лупил по барабанам что есть мочи. Суслик не отставал от него со своей трещоткой. Вторила им рыба-шар, дуя в свою исполинскую ракушку. Рядом радостно позвякивали рыбы-гармоники. Народ плясал, кружил и веселился.